Стискиваю коробочку в кармане влажными от волнения пальцами.
Эпилог. Самый важный десант
Эпилог. Самый важный десант
Рёв винтов «вертушки» заглушает все мысли, но не может унять дрожь в кармане разгрузки.
Достаю телефон, щурясь от закатного солнца, бьющего в иллюминатор. Одна короткая смс от
Семёна: «Началось. Варя в четвёртом роддоме».
Сердце, которое час назад спокойно отстукивало ритм во время выполнения боевой задачи,
вдруг пускается в бешеный галоп.
— Разворачивай! — в панике ору пилоту, перекрывая гул моторов.
— Даниил Викторович, по курсу база! Горючее…
— В четвёртый роддом, я сказал! Под мою ответственность!
Вертолёт закладывает крутой вираж. Вижу, как внизу проносятся коробки городских кварталов,
и сжимаю автомат так, будто это он сейчас помогает моей Варе там, в родовом кресле. Едва
шасси касаются асфальта вертолётной площадки у больницы, выпрыгиваю первым. Пыль, грохот,
перепуганные лица охраны — мне плевать. В полном боевом комплекте, в пыльном камуфляже и с
запахом пороха на коже, я влетаю в приёмный покой.
— Где Белова?! — мой рык заставляет вздрогнуть даже старые фикусы в кадках.
Меня перехватывают на ходу. Кто-то пытается отобрать оружие, кто-то суёт в руки одноразовый
халат, бахилы и смешную шапочку. Через минуту я уже в предбаннике родовой. Меня колотит
сильнее, чем при первом прыжке с парашютом.
— Дышите, Варвара Алексеевна, дышите! — слышу спокойный голос акушерки.
Врываюсь внутрь. Варя — мокрая, растрёпанная, с побелевшими от напряжения костяшками
пальцев, вцепленных в поручни кресла. Жена выглядит так, будто ведёт рукопашный бой с самой
судьбой.
— Варя! Я здесь! — падаю рядом на колени, хватаю её за руку. Моя огромная ладонь полностью
закрывает её кисть. — Давай вместе… Как на курсах учили… Фу-фу-фу! Дыши со мной!
Начинаю старательно раздувать щёки, изображая «паровозик», но Варя вдруг приподнимается и
выдаёт такой взгляд, от которого у меня холодеет загривок.
— Уйди… — хрипит она, а потом срывается на рык: — Уйди, Медведь! Не сопи мне в ухо! Ты
мешаешь! Ненавижу тебя-а-а!
Отпрянув, я вконец теряюсь. Что делать? Как помочь? Мечусь по палате в своём нелепом
халате, не зная, куда деть руки. Я командовал дивизиями, выходил из окружения, но здесь я —
абсолютно бесполезен.
— Что сделать?! Воды? Скальпель? Помощь позвать?! — паникую, глядя на врача.
И вдруг комнату затапливает новый звук. Тонкий, надрывный, пронзительный крик, который
перекрывает всё на свете. Я замираю, и время, кажется, тоже останавливается.
Акушерка что-то делает, а потом поворачивается ко мне.
— Ну что, папаша… Принимайте пополнение.