Мир Эрика рушился, а сам он спотыкался и падал. Девочка подхватывала его, заставляла двигаться дальше. В районе рыночной площади они увидели первые горящие дома. Из окон валил дым и языки пламени. Внизу стояли аколиты и оруженосцы. Оратор размахивал чащей.

— День настал! Очистим Патеру от неверных! Гуддары много лет водили нас за нос. Улыбались в глаза, а сами плели заговоры. Жгите! Пускай горят их грязные дома. Грядет очищение! Возмездие! Правда на нашей стороне!

Голос оратора звенел в ушах. Чаша в руках культиста отражала заходящие лучи Светил, слепила глаза, а Бьёрг уже тащила дальше.

Наконец, они добрались до дома. Эрик боялся увидеть пожар, но вокруг было тихо. Все словно замерло. Приготовилось к худшему. Но худшее пока не наступило.

Он громко постучал в плотно закрытую дверь. Отворил отец. Без единого вопроса впустил обоих. Обнял сына. Положил руку на плечо Бьёрг. Лицо отца было сосредоточенным и напряженным.

— Не нужно ничего объяснять, Эрик, — остановил он мальчика, как только тот решил открыть рот. — Этот день должен был наступить. Времена меняются. Прежней жизни больше не будет. Хорошо, что ты не один. Я ждал… вас обоих.

— Это Бьёрг…

— Славно. Рад познакомиться, Бьёрг.

Отец улыбнулся. В глазах смешались радость и тоска.

— Я помню тебя, Герхард, — сказала неожиданно Бьёрг. — Тебе передают привет и еще это…

Девочка встала на цыпочки, дотянулась рукой до щеки отца и медленно провела по ней пальцами.

— Последний раз, — шепнула она. — Ее больше не будет, Герхард, тебе нужно это принять.

— Да. Я знаю.

В глазах отца застыли слезы.

* * *

Весь день они следовали за войском в обозе. Дэмин и Сяомин наотрез отказались обогнать армию, и Цзиньлуну пришлось уступить. Впрочем, его вполне устраивало уже то, что они двигались в нужном направлении. Вокруг колосились непривычные глазу рожь и пшеница. Между полями ютились небольшие либерские деревни. Большинство жителей при виде армии разбегались, кое-кто, однако, примкнул к легионерам Гнея Пинария, рассчитывая то ли на добычу, то ли на благосклонность Триумвирата Свободных Земель Семиградья. О нем теперь шептались все.

К Кадуцию приехали под вечер. Ничего подобного ни Дэмин, ни Сяомин прежде не видели. Города Империи были большими, но города Семиградья — огромными. От горизонта до горизонта тянулись городские стены, а Башня Жезла вздымалась так высоко, что приходилось запрокидывать голову, чтобы взглянуть на ее вершину. Войско начало деловито устраивать лагерь. Росли палатки, зажигались костры. Сновали взад-вперед пешие и конные воины.