Завеса опять заклубилась, вновь закрывая Вена, а садовник поник и сгорбился, будто на него навалилась вся тяжесть прожитых лет. Сервий усмехнулся:

— Все в сборе. А ведь я знал, я знал, — прошипел он.

Веньян тем временем снова начал водить руками из стороны в сторону. «Сейчас!» — пронеслось в голове у Эрика. Он прыгнул вперед из своего укрытия и рванул к оратору, намереваясь то ли сбить его с ног, то ли вцепиться в шею. Сильный удар руки наотмашь опрокинул его назад — оратор заметил мальчика быстрее, чем тот успел до него добраться.

— Крысеныш, — проскрежетал Сервий. — Одним больше, одним меньше. Чаша сегодня дает мне столько сил, сколько потребуется.

Эрик подумал, что оцепенеет, но вместо этого последовал удар о землю. Впрочем, не такой сильный, как он ожидал. Его придерживала Бьёрг, возникшая рядом словно из ниоткуда.

— Буду защищать, — шепнула она на ухо. — Не бойся его.

Мальчик, покачиваясь, встал. Оратор был занят Веньяном и повернулся к Эрику спиной. Гуддар судорожно пытался сообразить, что делать. В глаза бросился кинжал, висевший на поясе у Сервия. Эрик кинулся к нему, преодолевая сопротивление связок.

Ручка кинжала оказалась холодной. Он выхватил его из ножен, занес для удара. Услышав движение за спиной, Оратор обернулся. Его лицо исказила маска злобы и удивления.

— Опять ты⁈ — заорал он, даже не пытаясь защититься от удара.

Клинок вошел глубоко. Оратор осел и захрипел от боли. На лице застыла испуганно-изумленная гримаса. Рядом охнул префект. Донесся крик Луция. Страшный, полный боли и страдания. Префект подскочил к оратору, выдернул кинжал у него из живота и нанес удар прямо в горло.

— Тварь, — сплюнул Кастор, отпуская клинок и бросаясь к сыну.

Эрик смотрел на руки. Они были в крови. Он убил человека. Забрал чью-то жизнь. Герои маминых сказок вечно делали это и казались Эрику настоящими мужчинами. Воинами, борцами за добро и справедливость. Но кровь была горячей и липкой. Противной на ощупь. Отдавала запахом свежей свинины, который тяжелым духом разносился вокруг лавки мясника с соседней улицы. Эрик часто ходил туда с мамой. Свинина была роскошью, поэтому они брали требуху и кости, чтобы приготовить что-то к ужину. Запах свежего мяса не нравился Эрику, но он не жаловался, а только старался не дышать полной грудью.

Мальчика замутило. В глазах застыли слезы. Силы покинули руки, и те обвисли вдоль тела бесполезными культями. Ноги подкосились, Эрик упал на колени, больно ударившись ими о землю. Густой комок на какое-то время замер в горле, но вскоре уверенно пополз вверх, и его стошнило. Тем самым волшебно-вкусным ягодным пирогом.