Если честно, я бы предпочёл не подниматься по этому трапу. Поскользнуться и оказаться в воде, среди всех этих железяк? Б-р-р-р! Я и без того чувствовал себя букашкой в старом сливном бачке. Не самое приятное ощущение, должен сказать.

Но предложить подождать на месте у меня язык не повернулся. Да и, чего уж там, любопытно было. Этот корабль интриговал. Было в нём что-то странно притягательное… может, удастся сердце добыть?

Поэтому я стиснул зубы и двинулся наверх вслед за контролёром. Ниже меня карабкался Степан, который последним покинул палубу аппарата.

Бетон наверху был влажным и скользким, будто покрытым какой-то слизью. Это было довольно неприятно. Я отошёл подальше от края и как мог отряхнулся.

Отсюда было видно надстройку корабля и часть палубы. Определённо, он был военным: трубы, расположенные вдоль борта, здорово походили то ли на торпедные аппараты, то ли на пусковые установки каких-то ракет. Сама надстройка была приземистой, с ровными скошенными краями. Никаких иллюминаторов по бортам не было, только квадратные окна на ходовом, наверху.

Между краем дока и палубой корабля было метров восемь. С разбега не перепрыгнешь. «Но как-то же на него люди попадали?» — подумал я, пытаясь взглядом найти проход. Остро не хватало собственного фонарика.

Будто в ответ на мои мысли, Степан осветил корпус корабля и повёл лучом вдоль него. Я обратил внимание, как туго натянуты были швартовы. Кажется, кнехт на краю дока даже немного покосился… наверно, и правда уровень воды постепенно уменьшался. Если так продолжится и дальше — то или швартовы порвутся, или кнехты вырвет.

— Можно перелезть, — сказал навигатор, — тут недалеко.

— Не стоит, — ответил Игорь Сергеевич, — прикинь примерно, какая на них сейчас нагрузка.

Навигатор хмыкнул.

— Прав, шеф. Не стоит, пожалуй…

— Пойдём на ту сторону, трап должен быть там, — сказал контролёр.

Мы прошли метров двадцать по заплесневелому бетонному полу, когда наткнулись на первую зловещую находку.

Я сначала подумал, что кто-то бросил большую тряпку и так её и оставил в суматохе. Или же часть какого-то груза упала. Но потом белый свет сразу двух фонариков сошёлся на распростёртой фигуре, и то, что когда-то было человеком, стало возможно разглядеть во всех подробностях.

На череп, в котором то ли сохранились перегнившие остатки мягких тканей, то ли выросла плесень, был надет головной убор, напоминающий старый танкистский шлем. Одежда, а, точнее, униформа была почти не тронута гниением, поэтому на ней можно было разглядеть отчётливо три тёмных отверстия в области груди. Справой стороны, над нагрудным карманом, бликовала штуковина, похожая на наградные планки. На ноги скелета были надеты чёрные ботинки с рифлёной подошвой, а в одной из рук застыло какое-то оружие, с длинным изогнутым магазином и коротким толстым стволом.