Авл выругался. Это была проверка. Опасная и унизительная.

— И что ты сделал? — спросил я, хотя уже догадывался.

— Я поднял его нож. И бросил обратно, воткнув его в деревянную балку в двух пальцах от его головы, — на лице Деция мелькнула тень улыбки. — А потом сказал: Я вырос здесь. И я знаю, что слова в Пустошах — это ветер. Поэтому мой командир предлагает вам не слова, а дело. Мы даём вам точную цель, план и поддержку. Вы даёте нам проводников и помощь на месте. Добыча — пополам. Слава — общая.

Я мысленно похвалил Деция. Он идеально сыграл свою роль. Продемонстрировал силу, но не агрессию. Уважение, но не слабость.

— Это, кажется, произвело на Фаэлана впечатление, — продолжал Деций. — Он вытащил нож из балки и сказал: Хорошо. Мы поможем. Мои люди знают каждый камень в тех топях. Мы проведём ваш отряд, поможем снять посты и обеспечим отход. Но если это ловушка, если твои имперцы нас предадут, я найду тебя, Деций из предгорий. И вырежу твоё сердце этим самым ножом.

— А Сайлас? — спросил я.

— Сайлас, увидев, что Охотники согласны, тоже кивнул. Риск приемлемый, — сказал он. — Мои люди могут устроить отвлекающий манёвр. Пустить слух о богатом караване, который пойдёт другой дорогой. Это оттянет часть патрулей Рваного Клыка. Но за это я хочу получить не только долю добычи. Я хочу получить эксклюзивное право на торговлю с вашим фортом в течение года. Без пошлин.

Я усмехнулся. Торговец остался торговцем даже перед лицом войны.

— Что ты ему обещал?

— Я сказал, что передам его условия командиру. Но думаю, что командир согласится, если операция пройдёт успешно.

— Ты правильно сказал, — кивнул я. — Год беспошлинной торговли — приемлемая цена за успех такой операции.

Деций допил вино и поставил кружку на стол.

— Они ждут нашего ответа. И нашего отряда. Встреча назначена завтра, у подножия Волчьего Хребта. Фаэлан пришлёт двух своих лучших следопытов. Они будут нашими проводниками.

Он передал мне фигурку волка и камень.

— Это их знаки согласия. Волк — клятва Охотников. Весы — контракт Торговцев.

Я взял в руки эти грубые, но полные смысла символы. Союз был заключён. Хрупкий, основанный на недоверии и общей ненависти, но он был. Мы больше не были одни в этой войне. У нас появились союзники, знающие местность и готовые рисковать.

— Отличная работа, Деций, — я встал и пожал ему руку. — Ты превзошёл все мои ожидания. Теперь иди и отдохни. Ты заслужил.

Когда он ушёл, я повернулся к Авлу, который всё это время молча слушал, скрестив руки на груди.

— Ну что, центурион? Всё ещё считаешь их просто дикарями?