Увидеть я здесь ничего не увижу, а вот эмоции точно почувствую.

К тому же, перед тем, как сигануть со стремительно несущегося к земле балкончика, я успел заметить тень, оттолкнувшуюся от мраморных перил.

Бадуш, к моему великому сожалению, сориентировался на удивление быстро, и не только успел метнуть в меня нож, но ещё и выскочил с балкончика вслед за мной.

Вот только… я его почему-то не ощущал…

— Михаил! Он бежит ко мне!

Гадство!

Я метнулся на голос и, выскочив из пелены песка, взмахнул клинком.

С острия моего меча сорвались сразу же три Солнечных серпа и весело рванули вслед за улепетывающим со всех ног Бадушем.

Я рванул следом, на ходу удивляясь живучести Лар’Тарго. Хотя, если учитывать, что он аристо, то все встает на свои места.

Бадуш, тем временем, прямо на бегу отразил один из серпов, а от остальных увернулся.

Для этого ему пришлось броситься на землю, но сам факт того, что он пережил встречу с воинскими практиками второго ранга, говорил о многом.

Я, не замедляя хода, бросился к нему, чтобы добить негодяя, но он каким-то чудом оказался на ногах и с яростью встретил мою атаку.

Дзанг! Дзанг! Ха!

Наши мечи замелькали со скоростью света, а я почувствовал, как у меня на губах расплывается довольная улыбка.

При всей своей ублюдочности, Бадуш был отличным мечником, и я сейчас получал истинное удовольствие от фехтования.

Кто-то кайфует от чашечки кофе, кто-то от игры в шахматы, кто-то от просмотра футбольных матчей, а я… Я кайфую от песни клинка.

Дзанг! Дзанг! Дах!

Мир, превратился в точку, и я полностью сконцентрировался на поединке, как вдруг Бадуш вздрогнул и пропустил мой стремительный укол прямо в сердце.

— Какого ксура…

Лар’Тарго, пуская кровавые пузыри, упал лицом на землю, а я заметил торчащий из-под лопатки нож.

— Михаил! — властный окрик Ивана привел меня в чувство. — Не время для благородных поединков. Помогай!

Зло прищурившись – спускать белобрысому вмешательство в свой бой я не собирался – я всё же огляделся по сторонам и вынужденно признал, что пацан прав.

Сидящие на трибунах дворяне радостно вопили и улюлюкали, видимо, ещё не понимая, что происходит.

А из загона, тем временем, высыпали вооруженные чем попало мальчишки.

Сам Иван был безоружен – в левой руке он держал обрывок цепи, а в правой, по всей видимости, у него был нож, который он метнул в Бадуша.

— Займусь магами! — я рванул к пацану и с легкостью перерубил стальную колодку.

Правда, для этого пришлось пустить едва видимый Солнечный серп, и на лодыжке Ивана осталась кровоточащая царапина.

— Я к пацанам, — скороговоркой протараторил Иван. — Попробуем зайти им в спину!