Глава9.
Алиса.
Время шло. Я не заметила, как оно пролетело. Ещё вчера был ноябрь — серый, дождливый, с ледяным ветром и мокрым снегом на парковке перед башней «Федерация». А сегодня за окном уже цвели яблони, и Москва дышала маем — тёплым, душистым, полным надежд. Я стояла на кухне, варила кофе и думала: как же быстро всё изменилось. И как медленно тянулись дни, когда я ждала неизвестно чего. Зима в том году выдалась снежная. Не такая, как в детстве — когда сугробы были выше головы, а папа катал меня на санках, — но всё равно красивая. Москву завалило снегом перед самым Новым годом, и город стал похож на рождественскую открытку. Я смотрела в окно нашей кухни на заснеженный двор, на ёлку, которую поставили у подъезда, на гирлянды, развешанные соседями, — и впервые за много лет чувствовала что-то похожее на предвкушение праздника. Раньше я не любила Новый год. Он напоминал мне о родителях. О маме, которая всегда пекла свой фирменный пирог с яблоками и корицей. О папе, который наряжался Дедом Морозом и смешно басил: «Алиска, ты хорошо себя вела в этом году?». О том, как мы сидели вчетвером за столом, зажигали бенгальские огни и загадывали желания. После их смерти Новый год стал просто датой в календаре. Я ставила маленькую искусственную ёлку для Тимоши, покупала мандарины и делала вид, что всё нормально. Но праздника не чувствовала. В этот раз всё было иначе. Тимоша сам предложил сходить на каток. «Там, на Красной площади, — сказал он, — открыли большой. Я видел по телевизору. Там музыка, огни, всё такое». Я посмотрела на него — он стоял в дверях кухни, уже почти мне по плечо, в новой куртке и шапке с дурацким помпоном, — и вдруг поняла: он вырос. Из того трёхлетнего малыша, который держал меня за палец на похоронах, он превратился в мальчишку, который хочет на каток. Который хочет праздника. Который имеет на это право. — Пойдём, — сказала я. — И тётю Свету с дядей Колей возьмём. — Ура! — Он подпрыгнул и убежал собираться. Каток на Красной площади был волшебным. Нет, правда — другого слова я подобрать не могу. Он сиял огнями, как сказочный дворец. Музыка играла откуда-то сверху — то ли из динамиков, то ли с неба. Люди смеялись, падали, поднимались, катались парами и поодиночке. Пахло морозом, хвоей и жареными каштанами из ларька у входа. Тимоша в своих новых коньках — подарок тёти Светы на Новый год — рассекал лёд, как заправский фигурист. Я еле поспевала за ним. — Алиса, догоняй! — крикнул он, пролетая мимо. — Не гони, — смеялась я, хватаясь за бортик. Дядя Коля катал тётю