А теперь какой-то мажор извиняется передо мной, а я сама достаю из красного рюкзака розовый блокнот и выписываю крупными печатными буквами:

«ПОЧЕМУ?».

Он передёргивает плечом.

— Я знаю, ты не моя истинная. И то, что я делаю — неуместно. Но мне хочется думать, что тебе со мной так же хорошо, как и мне с тобой... Если ты не дэриана, то, быть может, лорелэя?

«Кто это?».

Да, я не слишком-то разбираюсь в приколах высшей касты. Таким, как я и незачем об этом знать. Казалось бы.

— На древнем языке, который уже частично утерян, — поясняет он, — дэриана — любимая, истинная, а лорелэя — сестра. Сестра дракона, понимаешь?

Мотаю головой.

Звучит так, будто у меня сейчас исполнится мечта любой сироты — оказаться родственницей каких-нибудь безумно богатых людей.

В приюте об этом очень часто заводится болтовня, которая обязательно сопровождается томными вздохами.

— Не по крови, — продолжает Квент, — но по магии. Бывает так, что сила оказывается созвучной, и тогда девушка становится как бы... запасным резервом магии. В этом случае она не находит пару на День Света, но сила устаканивается, если её находит дракон, с которым у неё особая связь.

По моему лицу, наверное, видно, что новость эта радует не слишком.

Но я просто уже не знаю, о чём думать.

Да и что это значит для меня самой?

Непонятно.

— Я не говорю, что ты моя лорелэя. Этого уже очень давно не случалось. Многие не верят, что такие девушки вообще существовали. Тут легко ошибиться. Но... если я чувствую... что-то. И хочу помочь... разве это плохо?

Я могла бы закатить скандал. Могла бы сказать, что ненавижу все эти драконьи приколы и то, что возможно являюсь частью всего этого.

Был бы только голос при мне.

Именно на такие случаи я решила не пользоваться способностью говорить.

Чтобы не было соблазна включиться в эту жестокую игру под названием жизнь.

Я закрыла чёртову дверь, ведущую к боли, и не собираюсь её открывать.

А потому в ответ только киваю.

Сестра, девушка — кто угодно, мне плевать. В конце концов, может быть, тест покажет, что все вокруг ошибаются.

Или что я сама — ошибка природы.

А до этого — ладно.

Буду покладистой.

И позволю ему быть рядом.

А о своём отношении к происходящему подумаю как-нибудь потом. Может быть.

— Ты... такая красивая, — роняет он как будто случайно. И тут же предлагает: — У меня выходит шикарное болоньезе. Вообще-то, это всё, что я умею готовить. Так что... позволишь мне показать себя с лучшей стороны?

Как тут не согласиться?

В итоге Квент отвёл меня в свою часть особняка, на кухню, где нам никто не должен помешать. Здесь всё выглядит так же дорого, как и в остальных комнатах, и точно так же нарочито аккуратно. На полках в ряд стоят какие-то спортивные добавки, замысловатые крупы, разноцветные витамины, чипсы из сушёных овощей и фруктов.