— Понятия не имею. Он был в маске.

— Как предусмотрительно с его стороны. Думаешь, это Архип его надоумил?

Я пожал плечами.

— Откуда мне знать? Я тут второй день. И меня уже пытались прикончить. Не так, по идее, встречать спасителя должны.

— Не так, — легко согласился знахарь. — Но ты ведь сам не знаешь, кто ты.

— Конечно, не знаю.

Пахом почему-то наградил меня долгим взглядом.

— Симеон со мной не согласился бы, но, может, оно и к лучшему, — как-то странно произнёс он. — Попробуй встать.

Спустив ноги на пол, я слез со стола. Ощущения были почти безболезненными.

— Конечно, ногу лучше пока не нагружать, — сказал Пахом. — Но заживает на тебе как на собаке. Наверное, ты, и правда, особенный.

— Увы, это ничего не доказывает. Я могу оказаться как спасителем, так и демоном. Что бы это всё ни значило.

— Думаешь, от тебя вообще ничего не зависит?

— Хотелось бы думать, что зависит.

— Ну, вот и думай. Кто тебе мешает?

В этот момент откуда-то донёсся женский голос:

— Папочка! Ты здесь? Я тебя слышу!

Знахарь изменился в лице: по нему скользнула едва уловимая тень страдания.

— Прошу прощения, — сказал он глухо. — Это моя дочь. Я должен к ней сходить.

И он быстро удалился, исчезнув во мраке коридора.

Я взял штаны, надел, затем обулся. Боль в ноге практически не чувствовалась. Дело в манипуляциях знахаря или в регенерации, о которой он говорил?

Кровь в ботинке свернулась и больше не хлюпала. Но с ней придётся что-то делать. Не ходить же так.

Сделав несколько шагов по комнате, я остановился перед входом в коридор, в котором исчез Пахом. Почему-то царивший в нём мрак манил меня. А я привык доверять интуиции. Кто-то считает её мистикой, но, как по мне, это всего лишь внимательность, помноженная на опыт и инстинкты. Игнорировать последние — огромная ошибка. Тысячи поколений эволюции, выработавшие механизмы выживания, просто по определению не могут ошибаться.

И эта тьма, царившая в коридоре, влекла меня к себе. Как будто скрывала тайну, которую я должен был постичь. Наверное, ещё сорок минут назад, до того, как в моё окно влез убийца в маске, мне бы и в голову не пришло тащиться вслед за знахарем, но теперь я хотел знать, что тут происходит.

И уже собирался сделать первый шаг по коридору, когда из темноты мне навстречу выплыло бледное лицо Пахома. А затем показалось и остальное тело. Выглядел знахарь расстроенным и озабоченным.

— Ну, как? — спросил он. — Не больно ходить?

— Нет, — ответил я. — Всё совсем не плохо.

— Тогда пойдём. Я тебе кое-что покажу, — с этими словами он отступил назад, поманив меня пальцем. — Это недалеко.