Впрочем, чего я заморачиваюсь. Касательно остальных двух жюри я спокоен, а значит их большинства вполне хватит для объективного определения победителя.

Я ничего не сказал. Молча кивнул, подтверждая судейский состав.

Зрители, повинуясь жестам мясника, расступились, образовав вокруг его прилавка широкий круг. Судьи расселись на специально принесенных для них скамьях.

Я подошел к прилавку. Массивная дубовая плита. Места хватило бы и на четверых. Поверхность испещрена глубокими царапинами от тяжёлого тесака, в щелях застыл старый жир. Грязное рабочее место, за такой бардак на моей кухне повара отскребали бы эту столешницу до первозданного блеска. Приятного мало, но работать можно.

Грегор с важным видом прошел за него. Ожидалось, что он снимет с крюков пару тех фазанов, что болтались на всеобщем обозрении. Но он, усмехнувшись, нырнул под прилавок и с натужным кряхтением вытащил две другие туши.

Толпа ахнула.

Это были все-также фазаны, но они были гигантскими.

Каждый размером с откормленного гуся. Мощные, цепкие лапы, толстая шея. Даже ощипанная, их кожа сохранила легкий радужный отлив, переливаясь под светом. Она выглядела плотной и упругой.

Кажется это не простые звери, какой у них был уровень закалки? Или какая тут градация культивации принята для зверей?

— Раз уж столько людей наблюдают за нашей дуэлью, то я с щедростью предоставлю свои лучшие тушки. Этих красавцев Робин добыл вчера, возле Ущелья забвения, — Грегор с гордостью объявил, шлепнув одну из туш на прилавок. — Место, где дикая духовная энергия так и бурлит в воздухе. Их мясо и кости крепче, чем у обычной птицы.

Я сухо хмыкнул. Говорил мясник складно, вот только за его показной доброжелательностью угадывалось, что он специально усложняет дуэль. Чтобы я наверняка не справился.

Мне от этого захотелось рассмеяться. Для истинного мастерства его дешевые приемы не имеют ровным счетом никакого значения. Победит тот кто действительно более способный.

Грегор же теперь принялся демонстративно выкладывать на прилавок свой арсенал. Тяжелые тесаки. Длинный филейный нож. Короткий нож для мелкой работы и несколько тесаков. Массивный мусат для правки лезвий.

Он схватил два самых крупных тесака и начал размахивать ими, словно устраивал цирковое шоу. Лезвия мелькали в воздухе, описывая широкие дуги. Один тесак с глухим стуком вонзился в прилавок, а второй остался в его руке, направленный острием прямо на меня.

От эффектного зрелища толпа деревенских довольно загудела.

— Честно признаюсь, зря ты на это пошел, пацан, — пророкотал он, самодовольно ухмыляясь. — Для разделки наших фазанчиков нужна скорость и сила. А у меня, пятый уровень Закалки. С твоим уровнем ты был изначально обречен на поражение.