— Это я истерю?! — вычленила она из всего мною сказанного самое незначительное. Я уже начал сомневаться в ее умственных способностях.

— Да как вы смеете, со мной так разговаривать?! — закричала она, привлекая внимание, выгуливающих своих внуков, бабушек. Впрочем, они уже давненько с интересом посматривали в нашу сторону. И гадали, о чем мы тут спорим уже почти час.

— Вы…вы…вы подлец! Вот вы кто! Как вам совесть вообще позволила требовать с меня деньги!

— Так же, как и вам, — парировал я.

— Что?

— Вы что уже забыли, как полчаса назад требовали у меня деньги на ремонт автомобиля, на котором меня сбили? — взъелся я. Эта Зудилина кого угодно выведет из себя.

— Но кто-то ведь должен мне возместить ремонт!

— Так же как и мне кто-то должен возместить последствия аварии, — отзеркалил я ее полный возмущения взгляд.

Женщина сделала несколько полных вдохов, собираясь с мыслями.

— Я вас поняла, — наконец-то сказала она после затянувшейся паузы.

— Очень рад, — я действительно был рад, что это закончилось, хотя бы на сегодня. — Всего доброго, Ольга Васильевна, — попрощался я, вставая со скамейки.

— Вы отвратительны, Чапыра, — бросила она мне в след.

— А вы мне, наоборот, симпатичны.

Люблю последнее слово оставлять за собой.

Добравшись до своего временного места обитания, я, утомленный тройными переговорами, без сил рухнул на кровать и сразу уснул. А когда открыл глаза, Грег, как обычно, копался в своей тумбе в поисках чего-нибудь съестного.

«Волшебная она у него что ли? — вяло думал я, полностью еще не проснувшись и категорически не хотев вставать. — Какая-то тумба-самобранка получается, модифицированная версия скатерти».

Затем мои мысли перетекли на еду, отчего прорезался голод, и я более заинтересовано стал наблюдать за действиями соседа. Наконец он ее отыскал. В этот раз это оказались сосиски. Я рефлекторно сглотнул.

И тут меня пронзила следующая мысль — я вспомнил, что продукты здесь еще ни разу не покупал. Откуда же они тогда берутся, если исключить бредовую версию о самозаполняемости тумбы? И пришел к выводу, что кормит меня Грег.

Почему же он ни разу не потребовал у меня ни денег, ни то, чтобы я купил продукты?

Задумавшись над очередным вопросом, я подозрительно посмотрел на соседа. Красников, расценив мой взгляд по-своему, начал обнюхивать сосиски.

— Да, вроде, нормальные, — уверенно заявил он.

— Сегодня моя очередь покупать продукты, — решительно рубанул я, вставая с кровати.

— Купи, — одобрил Грег мой план, и без всякого намека в голосе добавил, — а то у меня денег уже нет.

Вот почему-то я был уверен, что произнес он это явно не в укор мне, просто констатировал факт отсутствия у него денег.