Я забрал «уснувшую» гранату с полатей и аккуратно стянул дипломат. Никаких больше «сюрпризов» не было.

Сколько прошло времени? Должно быть не меньше получаса с той поры, как ушел посланец.

Когда он вернется? Да вот хрен его знает.

Я повертел гранату в руке. Взглянул на опустившего голову Вишневского. Что же, если граната должна была взорваться, то почему бы не предоставить ей такой шанс?

Леску я нашел на тех же полатях, её незатейливо оставили возле гранаты. Металлическая «груша» прекрасно улеглась во внутреннем кармане попаданца из моего времени. Обрезанную леску я наживил новой и аккуратно протянул до двери. Привязал к ручке. Тонкая нить поблескивала при тусклом свете лампы под потолком.

Выйти же я решил огородами. Так меньше шансов встретить посланца и меньше шансов попасть на глаза местным жителям. Содрать с заднего окна ткань и открыть окно в задней комнате было делом пары минут.

Перед уходом я тщательно протер все поверхности, каких мог касаться пальцами. Оделся и полез в наметенные сугробы, придерживая дипломат. На дворе уже был глухой вечер. Скрытая тучами луна стала моим подельником.

Я огляделся. Высотных зданий поблизости не было. Виднелась темная полоса леса на севере. Низенькие избушки стояли вразнобой. В некоторых окнах горели огни. А вот фонарей на столбах не видать, что не могло не радовать.

Позади дома, в котором умер Вишневский, находился участок величиной с половину баскетбольного поля. На нем росли три дерева у левой стороны забора и кустарники у правой. Чтобы не путаться в переплетении колючих прутьев, я направился влево.

В морозном воздухе пахло свежестью снега с горьковатым привкусом сгоревших дров. Я приблизился к забору из горбыля. Да, на снегу остались следы, но плевать — когда приедет милиция и начнется расследование по делу о прогремевшем взрыве, я уже буду далеко.

По крайней мере, я так рассчитывал.

В деревне было тихо. Только где-то на окраине лениво брехали две собаки. Я пробрался по забору, осторожно перелез через него и оказался на протоптанной между домами тропинке, которая вела на параллельную улицу. Что же, натянуть повыше воротник, опустить уши на шапке и можно идти.

Слегка поплутав по деревне, я вышел к дому, возле которого стоял «ГАЗ М-72». Дорожка у дома была расчищена, сама «Победа» не занесена снегом. Значит, на ходу и, судя по внешнему виду, хозяин ухаживает за машиной. Наверное, какой-нибудь научный сотрудник примчал с работы и оставил во дворе, чтобы завтра снова отправиться в путь.

Что же, мне это пригодится. Вскрыть машину, взломать панель и соединить провода было делом нескольких минут. Я больше оглядывался и смотрел, чтобы никто не пошел. Не хватало мне ещё словить люлей от неожиданно появившегося хозяина.