— Не надо! Не надо! Я всё отдам! Только не убивай! Не надо!

Ещё одна пощёчина прервала начинающуюся истерику. Встряхнул и снова уперся тяжелым взглядом в переносицу барыги:

— На кого работаешь? От кого товар получаешь?

— Я… я не могу сказать. Я… Я только недавно этим занимаюсь… У меня мама больная… На лекарства деньги нужны… — проныл-промямлил наркоторговец Женька.

Вот почему всегда начинают сразу маму вспоминать? Как толкали дурь, так маму не вспоминали — ни свою, ни чужую. А сколько матерей пролило слёз от потери детей из-за наркоты? Да Неву наполнить можно было этими слезами!

И теперь на жалость давит. Типа, не бейте, лучше обоссыте…

— Говори, сучонок, а то мама не дождется тебя сегодня! — рыкнул я и взмахнул рукой, как для удара.

Женька сжался, сразу ссохся, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. В его голове сейчас всё перемешалось. Так и нужно было, чтобы он боялся меня больше того, кто его отправил барыжить.

Тут только не перетянуть, а то сломается и вообще сознание потеряет. Но и спуска давать нельзя — сразу почует слабину.

Он что-то снова заныл неразборчиво, пришлось встряхнуть для острастки:

— Говори, ссссука! Завалю!

— Гога Рябой! — выпалил барыга. — Я у него беру. Деньги ему отдаю, а что сверху — себе оставляю. Он сам ходит под какой-то важной шишкой. Там то ли Черешенский, то ли Вишневский… Я не помню!

Во как… А вот это уже интересно.

— Вот так бы сразу и сказал, — проговорил я, а потом присел рядом и, глядя ему в глаза, начал внушение: — Я тебе ничего не сделаю. Я твой друг. Ты тоже мой друг. Я тебя выручил. Ты мне благодарен. Но я не всегда буду рядом. Я не всегда смогу тебя выручить. Зато ты сам сможешь выручить себя. С этой минуты ты больше не будешь торговать наркотиками. Ты будешь учиться, найдешь работу, будешь помогать маме. Ты же любишь маму?

— Д-да, — проговорил Женька.

— Вот и хорошо. Мама тоже любит тебя. Она очень огорчается, когда ты задерживаешься. И очень огорчится, если узнает, что ты связался с плохими людьми. Зато она будет счастлива, если ты будешь хорошим человеком. Ты же хочешь, чтобы твоя мама была счастлива?

— Да, — ответил Женька увереннее.

— Вот и хорошо. Ты сейчас пойдешь к Гоге Рябому и скажешь, что никогда больше не будешь торговать наркотиками. Потому что ты хочешь вступить на путь добропорядочного человека. Ты будешь учиться, работать, найдешь девушку. У вас будут дети, а потом и внуки. Внуки будут называть тебя дедушкой и проситься в гости. Ты будешь счастливым. Ты же хочешь быть счастливым?

— Да, — Женька уже улыбнулся.