Ну что же, три «да» получены, теперь мои слова отпечатались в мозгах Женьки как собственное решение.

— Тогда встань и иди, — я поднял его на ноги. — Никогда не забывай, что всё, что ты делаешь — должно приносить добро людям, а не зло.

Женька пошел прочь, слегка пошатываясь. Да уж, установку он получил мощную. Теперь вряд ли когда будет барыжить. Будет стараться нести в народ светлое, доброе, вечное. По крайней мере до тех пор, пока что-нибудь более мощное не снесёт мою установку.

Надеюсь, что это произойдёт нескоро и он успеет впитать в себя принципы советского гражданина. А если не успеет… Что же, каждый отвечает за свою судьбу. И даже в самых сложных ситуациях человек должен оставаться человеком. Если же он ломается, то за это тоже ответственен только он сам.

Я дал направление, указал на вектор развития. Вряд ли в тюрьме ему чем-нибудь помогли бы, скорее наоборот — вышел бы более озлобленным и готовым к большему риску.

Что же до Гребенщикова… Его папашка, директор опытного завода Балтийского пароходства, и матушка, юрисконсульт Ленинградского дома моделей, не дадут любимому сыночке нюхнуть баланды и забиться под шконку. Они приложат все усилия для того, чтобы тот получил даже не условный срок, а административное наказание.

Судьба Гребенщикова меня вообще ни разу не волновала. Он вырыл мне ямку, сам же в неё чухнулся и теперь будет знать, что со мной связываться не стоит. А если ему этого покажется мало, то я сумею и по-другому объяснять.

В актовом зале продолжалось веселье. Моего отсутствия как будто никто и не заметил. Только Тамара вопросительно взглянула на меня, но я только махнул рукой:

— Всё нормально! Серёга успокоился и пошел домой!

— Да? А то у меня тут все спрашивали про то, что произошло, я уже не знала, что и отвечать, — покачала головой Тамара.

— Отвечай, что всё хорошо и что мы движемся к светлому будущему, — широко улыбнулся я в ответ.

— Слушай, если у тебя нет никаких планов на Новый год, то может ты встретишь его со мной? — спросила подруга и тут же пояснила. — То есть со мной и моей семьёй. Мама много спрашивала о тебе…

Вот тебе и раз!

Ох, не любил я эти семейные ужины — отец хмуро смотрит на потенциального трахаря своей дочурки, а мать старается закормить гостя до ушей и побольше вызнать. По мне так лучше было вообще одному или с Зинчуковым на крайний случай, чем так… Но Тамара с такой надеждой смотрела на меня, к тому же помогала с организацией интеллектуальной игры и вообще…

— Лады! Спасибо за приглашение, обязательно приду! — я снова начал сушить зубы.