— Да? — мужик пару раз моргнул, растерянно посмотрел на Зинчукова, а потом сказал: — Прыгайте в машину! Куда ехать?

— Луначарского, дом сто, — коротко ответил Зинчуков. — Товарищ, любые деньги заплачу, только побыстрее!

Мужчина мотнул головой на салон. Мы тут же полезли в пропахшую сигаретным дымом «Жигули». У курильщиков машина всегда пахла запахом табака. Она словно пропитывалась изнутри этим дымом, и каждая деталь приобретала этот аромат. И что самое хреновое — этот запах очень трудно вывести. Поэтому и писали в объявлениях моего времени, что владельцы продаваемой машины были некурящими.

— Сергей Иванович, — протянул руку Зинчуков, когда сели в машину.

Он сел впереди, а я залез назад по праву младшего по возрасту.

— Павел Кириллович, — тот пожал руку в ответ, после чего перевел двинул рукоятку на первую скорость, и машина тронулась в путь.

— Что же у вас там случилось-то? — спросил водитель.

— Отец слегка перебрал в гостях, а потом с сердцем плохо стало. Он на специальных таблетках, всегда с собой, а в этот раз надел новый костюм, а таблетки по привычке положил в старый. Когда чухнулись, то он уже начал тяжело дышать, — ответил я с заднего сиденья.

— Ну, «Скорая» может помочь, — неуверенно проговорил Павел Кириллович.

— Да может, но лучше с таблетками, — ответил я. — Они точно всегда помогают.

— Эх, в наше время со здоровьем лучше не шутить. Лучше ходить побольше, бегать там, гири тягать. Вот я и своему сыну тоже говорю, чтобы он к спорту ближе был, но куда там… Его больше девчонки интересуют и гитара…

— Да это сейчас у всех них на уме такое, — Зинчуков мотнул головой на меня. — Вон, охламон, тоже за бабами бегает, как будто одно место горчицей намазано.

— А может оно и правильно, — хмыкнул водитель в ответ. — Пусть бегают, пока молодые. Уже с возрастом и беготня будет не нужна, и домашний комфорт начнут ценить, и дети пойдут…

Под такие нравоучительные речи мы довольно-таки быстро доехали до нужного дома. Там мужчина вызвался подождать нас, но Зинчуков показал на стоящую неподалёку от подъезда «Волгу» и сказал, что обратно доберутся сами. Пытался сунуть водителю пятерку, но тот только отмахнулся от денег со словами:

— Делай добро и бросай его в воду, как говорят армяне. Пусть ваш отец выздоравливает. С Новым годом, товарищи!

— С Новым годом, — ответили мы хором.

Зинчуков двинулся в сторону подъезда. Я пошел за ним. Пройдя за дверь, он поднялся на один пролет и замер у окна, наблюдая за улицей. Я недоуменно посмотрел на него.

— Всё, уехал. Нам в другой дом, — проговорил Зинчуков и пошел вниз.