потому что наблюдаемый вел себя странно. В сноске к отчету упоминались опоздания на работу, повышенное потребление алкоголя и “скрытное поведение”. Королева подумала, что, когда за человеком следит собственный работодатель, такое поведение вполне логично, если объект достаточно умен, чтобы заметить слежку. Но в МИ-5 опасались, что Пиндер готовится покинуть страну. Вместо этого, ночью произошло следующее. После одиннадцати к дому подъехал спортивный “Астон-Мартин-DB2”; за рулем сидел человек, позже идентифицированный как владелец галереи и член клуба “Артемида” Роли Хилл. Он один раз нажал на клаксон. Входную дверь открыла сестра Уильяма Пиндера, Абигейл, которая в то время гостила у брата, после чего второй мужчина, названный в бумагах “Гамлетом”, покинул машину и быстро вошел в дом. Затем спортивный автомобиль уехал. “Гамлет”. Датский принц. Честное слово. У королевы разболелась голова. Несмотря на то что одно из окон ее кабинета было слегка приоткрыто и впускало прохладный сентябрьский воздух, ей было трудно дышать. Она не знала Уильяма Пиндера, но знала его сестру Абигейл – в двадцать семь лет ее все еще считали завидной невестой. Это была живая, привлекательная, умная молодая женщина – единственная дебютантка своего года, поступившая в университет, – популярная на матчах по поло и известная мастерством игры в бридж. “Гамлет” пробыл в доме до самого утра. Как и в доме декана, там было две спальни наверху и гостиная внизу. В гостиной на окне висели тонкие шторы, и в течение нескольких часов за ними видели шагающего человека – Уильяма Пиндера, как полагали наблюдатели. Двух других видно не было. Виски королевы пульсировали. “Гамлет” вышел из дома один в 4:15 утра. Его забрал на своем “Ягуаре-E-type” человек, позже идентифицированный как капитан гренадерской гвардии Джон Макбрайд. Абигейл Пиндер, заплаканная, махала “Гамлету” на прощание из окна. В отчете наблюдения ни словом не упоминалось, что “Гамлет” когда-либо посещал дом декана. Возможно, он или Уильям Пиндер могли бы пройти через задний двор, мимо пустого дома и через маленькие дворики. Но королева помнила замечание Дарбишира: собака в доме 41 не лаяла той ночью – это позволяло предположить, что никто не выходил из дома таким путем. Это не беспокоило команду А4. Их беспокоил сам факт присутствия “Гамлета” на данной улице, в течение нескольких часов, с привлекательной блондинкой, близкой родственницей подозреваемого в государственной измене. Вполне достаточно, честно говоря. И все же не все худшие страхи