— Нда, Вадим, умеешь ты удивлять, даже стариков. Я думал ты денег попросишь или ещё чего, а ты всё о насущном, да о духовном. Научу я тебя всему, что знаю. Конечно, научу.

— Мне бы оружия ещё путёвого.

— Оружие тебе кузнец даст. Вы с ним снова пойдёте в село. Других он больше брать не будет. Так и сказал: «Я с этим отроком вместе в бою стоял, в бою видел, в бою доверяю, а иных на смерть не пошлю». Сделаю я всё для тебя, отрок, мало нас осталось, держаться нужно вместе, а то заживо сожрут и косточками не подавятся, — отец Анисим вздохнул.

Вадим вспомнил Акима и согласился, что сожрут, особенно, если таким образом, как Аким, вместе держаться… Чувствовалось, что Акима нужно проучить, взять с собой и пускать вперёд. Он хитрый, всё равно выживет, как пить дать.

— Ладно, Вадим, иди к Серафиму, а потом к кузнецу, ты свою епитимью выполнил.

Вадим кивнул и, перекрестившись, чтобы, значит, не выделяться, вышел из церкви. Серафима в келье не было, не оказалось его и в библиотечной келье. Нашёлся он только за церковью, где делал что-то, непонятное для Вадима.

— Я принёс вишнёвую смолу для чернил.

Серафим вздрогнул и повернулся к Вадиму.

— Что?

— Я говорю, что принёс смолы для чернил.

— А! Это! Давай!

Вадим достал мешочек со смолой и протянул его Серафиму, тот взял его, не глядя, и отвернулся.

— Ты ничего не хочешь мне сказать, Серафим? — Вадим немного разозлился.

— А⁈ Я⁈ Нет. Ступай, ступай, — словно отгоняя муху, сказал Серафим и погрузился в раскладывание странной фигуры, похожей на перевёрнутую книзу пирамиду. Вадим пожал плечами, мало ли какие причуды у этого чудика. Забрал смолу и ладно.

Развернувшись, Вадим отправился к кузнецу и не видел, что Серафим обернулся ему вслед и прошептал.

— Как же ты справился с мертвяками, и что они собой представляют? Ммм, надо понять, надо понять.

Словно в лихорадке, Серафим повторял эту фразу, собирая из щепочек и веточек непонятную конструкцию, но всего этого Вадим не видел и не слышал. Он неспешно направился к кузнецу, который один возился в своей кузне. Кузнец поднял глаза, увидел Вадима и, прекратив работать, обратился к нему.

— Вот ты где!

Вадим кивнул и пожал плечами. Мол, а где мне ещё быть?

— Меня прислал настоятель работать с тобой, Елизар.

— То верно, разговор был о том. А вообще, я хотел тебя поблагодарить, что ты вернулся. Это поступок уже не отрока, а воина. Повезло тебе, что мертвяки попались, был бы хоть один шляхтич, располовинил он тебя одним ударом. Да и даже не заметил того. Страшно умелые они бойцы… Неумеха ты ещё, всё на азарте и страхе сделал, но точен был и решителен, то нас и спасло. А мертвяки другими оказались, страшными. Ты хоть помнишь что?