В общем, присланная Рогнеде весточка оказалась как нельзя более кстати. Последний камешек, которым можно было стронуть не абы какую, а все на своем пути сметающую лавину. Ранние пакости Владимира вольным ярлам, имеющиеся у нас пленники, включая евнуха Коллоподия, заключенным с Византией договор… А теперь и это. Оставалось только дождаться последнего шага уже с ИХ стороны — объявления похода. Тогда точно все, придет время позвенеть клинками в особо крупных масштабах.

Вскоре же после полученного письма прибыл ожидаемый и весьма нужный гость — Ратмир Карнаухий во главе трех сотен хирдманов. Прибыл не просто так, а с целью как следует поторговаться относительно будущих своих выгод. Пришлось, вежливо встретив, с ходу ошарашить недавней новостью, благо разговор шел тет-а-тет по его просьбе.

Право слово, люблю разговаривать с умными людьми! А Ратмира к ним можно было отнести без всякого преувеличения. Последние данные о планах Владимира и ромейских его союзников выслушал, переварил за какие-то несколько минут. И заявил:

— Три сотни я привел сюда. Из Киева все выведены, находятся в Пскове. Этот город ближе к Хольмгарду, там Владимиру нашему не особо развернуться. Сюда их вызывать толку не будет. Там у меня много важного и ценного…

— Понимаю. Хочешь держать обстановку в городе, — кивнул я в ответ на заявление союзника. — Я, когда Переяславль покидать будем, тоже немало хирдманов тут оставлю. Чтобы, в случае чего, могли стены удерживать и внутри них за порядком следить. Но не о том сейчас беспокоиться надо. Напомни-ка мне, сколько войск может выставить Владимир если нас, вольных, не учитывать?

— Его личные дружинники, если и старших и младших в расчет брать, так около пяти тысяч. Коли из наместников сок выжмет, в крепостях малую толику лишь оставив, то еще восемь-десять. Остальное — это вольные ярлы. Или не совсем вольные. По выбору своему… Принимают они его сторону или нет — тут я не скажу. Сложно все, запутанно. Но помни, Мрачный, Святослав Великий в свой последний поход шестьдесят тысяч повел.

— Зато и собирал войско долго. И наемников стягивал немало. Не тот сейчас случай.

— Ты прав. Но меньше, чем десять тысяч войска, Владимир со своими советниками брать ни осмелятся. Полностью им верного.

Быстро подсчитав расклады и приплюсовав известные сведения, я тогда ответил Карнаухому:

— Пять тысяч дружинников — это да. они за ним и в огонь, и в воду, и в выгребную яму. Наемники… Две тысячи йомсвикингов. Что скорым шагом движутся в Киев из Хольмгарда… Не удивлюсь, если Добрыня с Путятой всякого печенежского отродья поднаняли к ним в довесок. Не меньше тысячи будет, а то и столько же.