Эх, как ни интересно это все слушать и вообще наблюдать за столь комедийной сценкой, но пора и прекращать. А то ведь увлекутся, подерутся, помирятся… Как дети.

— Все уж, хватит. Норов показали, пора и делом заняться. Змейка, краса ты моя несравненная, отстатнь от побратима, он еще разговаривать должен и не только с тобой.

— Фу…

— Содержательно, но не слишком. А ты, Магнус, давай уже. не рожай ежика против шерсти.

— Пора нашему Мрачному прозвище менять, да ведь не получится, — сокрушенно развел руками Магнус, после чего подпер спиной стену. Философски взирая на Роксану, принявшуюся играться с брошенным мной на сиденье кресла скрамасаксом. — А ежели серьезно, то теперь нам можно делать все, что мы и замыслили. Поход состоится, сейчас оповещают всех в Киеве, скачут вестники и летят грамотки с голубями по всем городам и весям.

Подойдя к окну. Я распахнул его, впуская свежий и все же немного холодный воздух. Сейчас мне это нужно было для экстренного проветривания мозгов. Вот так, замечательно…

— Вестников ко всем, кто нам союзен. Ярлы, жрецы из поддерживающих нашу позицию. Рогнеда пусть еще постарается, вдруг да получится. Пусть едут как бы в Киев, но по дороге меняют путь и заворачивают сюда. Мы еще посмотрим, как запляшут Владимир с Добрыней!

— Вестников мы отправим. Но вот что еще, Хальфдан, — побратим пробормотал нелестную тираду про ромеев в целом и их послов в частности, после чего перешел к более осмысленной речи. — Тут опять эти ромеи со своим желанием повидать как Рогнеду. так и тебя. Во главе с Никифором Фракийцем. Стоит ли гнать их за порог города?

— А они что, тут?

— Да, — скривился Магнус. — Целый десяток. Говорят, что прибыли в богатыми дарами и важными словами. И намекают, что не от себя лично, но и не от Владимира Святославовича или его ближних. Быть может, от самого ромейского базилевса. Если так, то надо с ними поговорить. Ввести далекого врага в обман — нужное дело.

Сложно спорить с очевидным. От я и не стал это делать, хотя не было ни малейшего желания общаться… с этими. А придется.

— К вечеру. Небольшой пир, очень небольшой. Раз уж настаивают, то меньше этого сделать никак не получится. Или они хотят иного?

— Думаю, что пир им и не нужен. Прими их вместе с Рогнедой и другими приближенными. Не как простой вольный ярл, а как настоящий властитель этого города. Пусть увидят, что тут есть главный… Есть конунг.

В голове раздался неслышный ни для кого кроме меня удар гонга. Вот, слово прозвучало. Конунг — это не просто слово, это гораздо больше. Конунг всегда из числа ярлов, но тот, кто претендует на такое. должен быть готов к немалым трудностям. И вообще…