Из уст Змейки слова прозвучали настолько издевательски, что башню еще долго заполнял хохот, отражаясь от каменных стен и долго не затихая. Но шутки шутками, а полученные сведения дорогого стоили. Если в войске наших врагов даже сейчас нет единства, то что будет, когда положение их ухудшится? Риторический вопрос, ответа особо не требующий, но от этого не менее важный для нас всех.

Что же до времени приступа, то тут все было очевидным. Ни от кого в войске не скрывали, что этот день и часть ночи предназначены для подготовки, потом сон. А утром или днем, в зависимости от состояния воинов, приступ. Тот самый, который они всерьез намеревались сделать первым и сразу же успешным.

Наконец, последняя интересная новость, касающаяся уже дел исключительно киевских. Оставленные там «на хозяйстве» Путята с Доброгой занимались несколько разными делами. Если первый и впрямь занимался исключительно повышением обороноспособности и сбором сил, то вот у второго оказались совсем иные цели. И главная из них — жесткая работа с верхушкой византийского посольства. Магистр Георгий Лигирос, епископ Михаил и давно окопавшийся в Киеве Константин Старгирос вызвали у Владимира и его дядюшки приступ чернейшей злобы из-за своей неудачной попытки моего устранения. И теперь Доброга, как глава Тайной Стражи, обязан был не только выжать из них все соки, но и использовать промашку посланников базилевса Василия II для получения со стороны того наиболее выгодных для Владимира Святославовича условий.

Интересно! И явно стоит того, чтобы в будущем обратить самое пристальное внимание. С этим были солидарны все собравшиеся. Но не сейчас позже. Нынче у нас одна первоочередная задача — отразить приступ и затем взять в тиски подступившую к стенам Переяславля армаду.

Кстати, насчет отражения приступа. Именно сюда, на этот и смежные сектора крепостной стены я обдал приказ стянуть все четыре не закрепленных за воротами сифонофора. Ну и расположить из в наиболее подходящих местах. Теперь, когда начнется штурм, врага окатят струями пламени не один или два, а целых пять передовых для этого времени «машин смерти». Страшной, огненной смерти. Ну и про метателей «греческого огня» забывать не стоило, благо запасы «зажигадлок» и впрямь были солидными.

Меж тем вечерело. Ушел по своим важным делам Гуннар, но Ратмир так и крутился неподалеку, то осматривая тот или иной участок обороны, то проверяя бдительность стоящих на стене воинов. Ко мне опять же стекались донесения от сотников, в которых не было ничего необычного. Обычная рутина, хоть и военного времени.