Осторожно заглядываю в комнату.

Не ложился. Сидит в кресле, лицо усталое, под глазами темные круги.

— Где ты была?

Криво улыбаюсь, усаживаюсь на диван.

— Не поверишь, на работе.

— До четырех часов утра?

Улыбаюсь снова.

— Вот видишь, не поверил. А ведь я не шучу. Мы там сидели втроем: я, Рина и Клара. Нужно было срочно закончить перевод монографии Лу-Оу-Тана, поэтому пришлось задержаться до утра.

— Понятно. Почему не предупредила, что задержишься?

Смотрю на него удивленным взглядом.

— Забыла дома телефон.

— Это я уже знаю, — холодно усмехается Марк. — Но ты могла позвонить со служебного. В электронном справочнике есть телефоны всех сотрудников НИИ. Согласись, это несложно, учитывая, что мы работаем в одной организации.

Ну да, несложно. При условии, что это пришло бы мне в голову. Вот черт! А ведь Эвер, похоже, волновался.

— Мы часто возвращаемся с работы порознь, — продолжает Марк. Его голос спокоен, зато в глазах сверкают молнии. — В этом нет ничего особенного, ведь у каждого из нас свой график. Между тем, Тея, сообщать человеку, с которым живешь в одной квартире, что не придешь ночевать, — это закон элементарной вежливости.

О, в господине ученом снова проснулся педагог!..

— Серьезно? — усмехаюсь я. — А ты сам, Марк? Ты хотя бы раз предупреждал меня, что задержишься на работе? Нет. Я вернулась поздно впервые за неполный год, вы же, господин Эвер, сидите в своей лаборатории до ночи как минимум раз в неделю.

— А ты, значит, за меня волнуешься.

— Представь себе! Думаешь, мне на тебя плевать?

Он вздыхает и встает на ноги.

— Идем спать, Тея. Скоро рассвет.

— Нет, погоди, — я тоже встаю и преграждаю ему путь. — Нам давно пора обсудить наши необычные отношения.

— Мы можем это сделать утром.

— Уже утро, Марк. И у нас еще будет время выспаться. Давай объяснимся. Пожалуйста.

Эвер смотрит мне в глаза, а потом возвращается в свое кресло.

— Хорошо.

Я усаживаюсь обратно на диван. Пару секунд мы молча смотрим друг на друга.

— Ты ждал меня всю ночь?

— Да.

— Но наверняка догадался позвонить в институт и выяснить, что мой отдел будет сидеть на работе, пока не закончит перевод долбаной монографии.

— Да.

— То есть, ты знал, где я и с кем.

— Знал.

— И все равно не лег спать. Почему?

— Потому что тебя не было дома. Потому что я не могу спокойно отдыхать, когда кто-то из членов моей семьи находится не в своей постели.

— Я — не член твоей семьи, Марк.

Он холодно усмехается.

— Спасибо, что напомнила.

— Всегда пожалуйста. Себе я тоже время от времени об этом напоминаю.

— Тея, что ты от меня хочешь?

— Неправильный вопрос, Марк. Что ТЫ от меня хочешь? Ты позволяешь мне жить в твоей квартире, чистишь мои туфли, терпишь мои волосы, засыпавшие весь дом, переживаешь, если я прихожу домой под утро, кофемашину недавно купил. Для меня. И при этом ничего не требуешь взамен. Я знаю, ты хороший добрый человек. Ты помог мне пережить смерть родителей, вытащил из депрессии. Я чувствую себя в долгу перед тобой, Марк. И меня это очень напрягает.