— Зачем?

— Чтобы мы могли спокойно жизнь.

— А разве в Паезе мы жили не спокойно?

Ильнур поджал губы.

— Мы ведь не просто так переехали сюда, Тео? Мы сбежали?

— Да.

— От кого?

— От короля.

Мои брови взлетели вверх.

— Он думал, что ты умерла, Иляна. А потом узнал, что это не так. Помнишь, ты удивлялась, что его величество спокойно отнесся к исчезновению твоего тела? Так вот, об исчезновении ему никто не сказал. До недавнего времени Вейвер Первый был уверен: тебя похоронили спустя несколько часов после смерти — чтобы не дать проклятию вырваться наружу и поразить кого-нибудь еще. Я буду честен, Иль. Эта уверенность появилась благодаря мне. Ты ведь знаешь, что Маркус Эдд — мой старинный приятель? Незадолго до нашей свадьбы я связался с ним и попросил обставить все так, чтобы молодой король поверил — тебя больше нет. Пойми меня правильно: и монарх, и его люди сделали достаточно для того, чтобы сжить тебя со света, и мне не хотелось, чтобы они каким-нибудь образом помешали твоему выздоровлению. Возможно, я волновался напрасно, но подстраховаться все равно стоило.

Вот значит как. Похоже, мой супруг начинает становиться мнительным. Какое Вейверу дело до моего здоровья? Он хотел жениться на своей принцессе и убрал мешавшую этому преграду. Какая ему разница, куда потом эта преграда подевалась — в могилу или в объятия темного мага? Впрочем, придворные могли нашептать королю, что, раз я выжила, то постараюсь убедить мужа-колдуна отомстить своим обидчикам, и тогда к нам в гости явились бы наемные убийцы.

О нет, Ильнур вовсе не мнительный. Он умный и предусмотрительный.

— Ты все сделал правильно, Тео, — улыбнулась я. — Очень хорошо, что во дворце у тебя есть влиятельные понимающие друзья. Но как король узнал, что я жива? И что ему теперь от меня нужно?

— Узнал он случайно. Помнишь, в Кателии открывали больницу для бездомных и бедняков?

— Мм… смутно.

— В тот день была большая ярмарка с бесплатным спектаклем народного кателийского театра, и мы с тобой отправились смотреть представление. Предполагалось, что на открытие больницы приедет кто-то из придворных сановников, но приехал сам Вейвер Первый. А вместе с ними целая армия телохранителей. Его стражи тогда оцепили не только больницу, но и половину рыночной площади. Ух и злились же на них ярморочные торговцы!

Я задумчиво пожевала губами.

— Ярмарку я помню. Недовольных торговцев тоже. Короля — нет.

— Ты его не видела. Мы прежде, чем ты смогла разглядеть его в толпе охранников.

— Почему?

Плечи Теодора снова напряглись.

— Потому что я не хотел, чтобы вы встретились. Наша семейная жизнь только устаканилась, а эта встреча могла разбередить твои раны. Ты долго переживала ваш разрыв, и мне было невыносимо думать, что моя жена снова начнет мечтать о своем бывшем женихе.