Дома Дэн действительно достал из шкафчика бокалы и небольшую бутылку коньяка и налил каждому из нас по паре капель. Потом подумал и добавил в свой бокал еще немного.

— Мы с тобой не алкоголики, — подмигнул он. — А для празднования хватит и этого.

— Будем праздновать отмену моей свадьбы?

— Будем радоваться необыкновенному везению. Сегодня ты почти безболезненно избавилась от мужчины, который бы здорово испоганил твою жизнь.

Я закатила глаза. Лестер поднял свой бокал и залпом выпил его содержимое.

— Правда, Миа, Алекс — редкостный придурок. Мне он никогда не нравился.

— Твоя поддержка приятна и очень много для меня значит, — сказала я, рассматривая на свет прозрачную коричневую жидкость. — Но ты не прав, Дэн. Алекс — хороший. Добрый, умный, талантливый. То, что он первым решил пойти другой дорогой, не делает его плохим человеком.

— Я не говорю, что он плохой, — поморщился Дэниел. — Он — дурак, Миа. Только круглый идиот мог отказаться от такой девушки, как ты.

Я тихо усмехнулась. Взгляд Лестера стал серьезным.

— Я не шучу, — неожиданно жестко сказал мужчина. — Этому человеку улыбнулась настоящая удача — его женой согласилась стать самая чудесная женщина на свете, а он, вместо того, чтобы немедленно вести ее к алтарю, послал все к чертям и отправился в другое государство, чтобы заработать своему шефу побольше денег!

На скулах Дэна надулись желваки. Он плеснул себе еще коньяка и тут же его выпил.

— Алекс — слепой болван, Миа, — сказал Лестер, делая ко мне шаг. — Не понимает, что настоящее богатство, счастье и удача находятся вовсе не за горным хребтом, а здесь, прямо перед ним.

Дэниел подошел ко мне так близко, что я была вынуждена поднять голову, чтобы видеть его лицо.

— Разве может кто-нибудь в этом мире сравниться с тобой? — тихо спросил мой друг. — Самой нежной, самой красивой, самой восхитительной?

По моей спине побежали мурашки.

Лестер нежно провел кончиком пальца вдоль уголка моих губ. А потом рвано выдохнул и припал к ним своими губами. От его горячей настойчивой ласки сердце сделало кульбит, а по телу пробежал электрический разряд.

Я охнула и попыталась разорвать поцелуй. Дэниел отстранился сам, однако сразу же обхватил меня руками и крепко прижал к себе.

— Дай мне одну минуту, — горячо зашептал мне в затылок. — Всего минуту, Миа. Потом я тебя отпущу, и все будет, как раньше.

Я покачала головой.

— Сегодня сумасшедший день, — прошептала в ответ. — Как раньше уже не будет никогда.

Лестер приподнял пальцем мой подбородок, и я едва не вздрогнула снова. Из глубины его изумрудных глаз сквозила щемящая нежность, так щедро приправленная страшной звериной болью, что сердце зашлось в бешеной пляске.