Повисла тишина.

— Ненюфар? — удивился Валера. — Что это такое?

— Растение, — невозмутимо ответила ему. — Если принесешь его до конца дня, я тебя, так уж и быть, облобызаю. А если не принесешь, значит, никакой ты не рыцарь, а обычный пустобрех. Согласен?

— Но я понятия не имею, как выглядит этот ненюфар!

— Разве это мои проблемы, Валера?

— Но так не честно! Я ведь даже не могу загуглить твой чудо-цветок — тут нет Интернета!

— И что? Включи голову, рыцарь. Впрочем, я могу дать тебе маленькую подсказку: ненюфаров в Ивашовке полно. Я лично видела целые заросли этих растений. А потому — вперед. У тебя есть время до 23.59.

* * *

Мое предложение Валере неожиданно вызвало в наших рядах необыкновенный ажиотаж. То ли киношный люд так заскучал в Ивашовке без Интернета, приличного кофе, сплетен и прочих прелестей городской жизни, что оказался рад любому развлечению, то ли всем, как и мне, надоела сия затянувшаяся история, и хотелось побыстрее узнать, чем она закончится.

Спустя пару часов после нашего разговора выяснилось, что все гораздо интереснее, чем казалось на первый взгляд: как выглядит ненюфар, в деревне не знал никто. Мой рыцарь выяснил это опытным путем, проведя быстрый опрос среди коллег и местных жителей.

Впрочем, у меня было четкое ощущение, что как минимум один человек понимал, где именно нужно искать таинственный цветок, — режиссер Петр Михайлович. Уж ему, пожилому сказочнику, снявшему на своем веку немало волшебных фильмов, наверняка было известно, что именно я попросила принести своего незадачливого ухажера. Однако Валере Петр Великий ничего не сказал — из принципа честности и благородства.

Во второй половине дня многим из нас стало не до ненюфаров — начались съемки. Длились они, правда, не долго — во время очередного дубля Петра Михайловича вдруг перестал устраивать свет, потом стоявшие неподалеку деревья, а в довершение — наряд одной из актрис. В итоге снова начался бедлам: срочно включались прожекторы, перемещались камеры и отдельные элементы декораций. Но если со светом и деревьями вопрос решился сравнительно быстро, то пресловутое платье режиссера почему-то рассердило.

— Сделайте с ним что-нибудь, милочка, — сказал он костюмерше. — Девушка должна в нем выглядеть русалкой, а не проституткой. И, пожалуйста, поторопитесь. Наше время стоит дороже, чем кажется.

Наташу его просьба удивила.

— Я понятия не имею, что тут можно сделать, — развела она руками, рассматривая облако воздушной ткани. — Могу добавить сюда пару оборок и приколоть какой-нибудь цветок. Кувшинку, например. На большее моей фантазии не хватит — тут такой материал, что с ним особо не разгуляешься.