* * *

О. Гавайя

17 ноября 1751 года.

Григорий Андреевич Спиридов собирался совершить большой переход. Недавно прибывший фрегат, который был отправлен за материалами и припасами в Охотск, принес и сообщение с указанием Спиридову отправляться в Петербург. Рандеву его линкора с двумя военно-торговыми кораблями и еще одним фрегатом должно состояться в порту Петрополя не позднее декабря еще этого года. После же вся эта эскадра отправится через Магелланов пролив и Атлантический океан к европейским берегам и в родную Россию. Кроме того, им следует в Бразилии подобрать еще два военно-торговых корабля и фрегат с неким ценным грузом.

Путешествие предстояло не из легких, но это обстоятельство только будоражило сознание Григория Андреевича, который все больше не представлял свою жизнь, да хоть всего год, без моря. А еще его распирала гордость, что еще не так давно кажущееся невозможным сегодня русским флотом свершается. Андреевский флаг уже не только развевается на ветрах Балтийского моря, но всего за три-четыре года есть земли, где, кроме русского стяга, не знают никакие иные.

— Ваш высокобородь! — обратился к капитану первого ранга вестовой матрос.

— Ну, братец, что у тебя? — спросил Спиридов, отметив некоторое замешательство служивого.

— Сказать-то как? — все еще не мог собраться с мыслями матрос. — Королева там просить Вас.

— Королева? — улыбнулся Григорий Андреевич.

Ну, да, королева! А матросы не могут назвать женщину королевой или императрицей, если она не всегда носит достаточно одежды, чтобы иметь возможность скрыть пикантные особенности женского тела.

Лилиуокалани Первая была молода и красива. Ее муж погиб в междоусобных войнах, когда не прошло и двух месяцев со дня свадьбы. Потом та, кого Спиридов называл «Лилу», была беременна и не могла выйти замуж сразу же после смерти мужа. А после русский офицер и королева острова Гавайя встретились…

Григорий Андреевич вкладывал много нежности, когда произносил «Лилу», ибо выговорить имя ставшей после смерти мужа королевой Лилиуокалани было крайне сложно, да и полное имя не было нежным, скорее, если немного знать язык аборигенов, величественным.

Перед отбытием в Охотск Григорий Андреевич женился на Анне Матвеевне Нестеровой, и брак этот был по любви. Григорий больше всего жалел о том, что нет возможности видеться с Аннушкой. Капитан уже собирался послать письмо любимой, чтобы та приезжала к нему. Да, дорога в Охотск сложная, но тут не голодно, уже немало людей прибыло, есть и образованные люди, даже приемы и балы случаются. Но вместо любимой прибыл ответ, который скорее обрадовал Григория, чем огорчил. У капитана родился сын, которого назвали в честь его отца Андреем. Куда же теперь поедет голубушка? Сыном заниматься нужно, восстанавливаться! А то и гляди, через года два и сам Спиридов приедет в Петербург.