Сегодня же Ока Тадамицу даже не просил своего господина отвлечься от игры сеги, нашел Иэсигэ достойного противника в игре, увлекая господина, а сам проводил собрание правителей наиболее важных дайме.

— Может, господин что-то иное сказал? Это же невозможно, чтобы пустить христиан на наши земли! Нужно ли напоминать, сколько достойных самураев погибло во время христианского восстания? — высказался Мацумаэ Такахиро, представитель клана Мацумаэ.

— Роду Мацумаэ нельзя терять свой дайме, иначе у клана не станет земли вообще, — Ока Тадамицу склонился над сегуном, который что-то промычал. — Мы можем дать еще воинов роду Мацумаэ, но это не решит проблему, так как не сами айны воюют, а те, кто хочет их поработить. Кто пойдет воевать за Мацумаэ?

Все молчали. Сегун мог поднять на войну все кланы по своей воле, но это, наверняка, вызвало бы восстание. Однако реагировать на вызов нужно. Дело было не только в острове Эдзо и клане Мацумаэ, проблема крылась в ином: отдав один остров, завоеватели высадятся на другой. Или же перекроют все сообщение между дайме единой Японии.

— Мы можем предложить христианам один порт, как когда-то португальцам. Будем торговать, но с запретом ставить свои церкви и говорить о христианском учении, — высказал здравую мысль Иэясу Такэноя, один из знатнейших по положению среди присутствующих, имеющий право в некоторых обстоятельствах претендовать на власть сегуна.

— Но Эдзо? Этот остров должен быть у нашего клана! — продолжал противостоять Такахиро Мацумаэ.

— Ваш род некогда претендовал только на эксклюзивную торговлю с айнами, но вы решили взять и их земли. Никто не стал вас осуждать тогда, никто не забирает у вас право торговать с пришлыми и сейчас. Вот вы и займитесь организаций на своей последней фактории порта, чтобы торговать с пришлыми, вам и договариваться, — сказал секретарь, даже не удосужившись сделать вид, что слушает сегуна.

Все понимали, что остров Эдзо для Японии потерян. Пришлые были числом более полутысячи, да и айны все лучше сражались, осваивая огнестрельное оружие. Редко у какого из дайме было более двух сотен самураев, ну и еще три сотни слуг. И это у богатого дайме! Собрать по всей Японии пятнадцать-двадцать тысяч самураев, было возможно, но переправить их на нужный остров было бы крайне сложно. Кораблей у пришлых немного, но каждый способен разбить десятки джонок, которыми пользовались японцы.

Ока Тадамицу считал, что отставание Японии набирает обороты, о чем красноречиво говорит поражение японских отрядов. Больше тысячи самураев из клана Мацумаэ и присланных сегуном сложили свои головы в противостоянии с пришлыми, не посрамив чести родов, но и не приобретя победы.