— Там, где русский стяг раз поставлен, с тех земель Россия не уйдет! Это, братец, раз! Второй раз — это то, что в нашей империи много мусульман и мы чтим традиции, если их и нам не насаждают. Мой император так говорил крымским беям, это же слышали и ваши соседи — ногаи, что уже в империи. Ну и три, да кабы в голове твоей непутевой сие прочно легло — за смерть и поругание русского человека будем кратно брать кровью иных, — Суворов замолчал.

— Тогда вот! — Ахмет сорвал с себя повязку, которая была вымазана в крови, а под бутафорской тряпкой было письмо.

— Ох, и ловок, шельмец! — восхитился Суворов.

Вечернего визитера всего обыскали, не постеснялись заглянуть и в исподнее. А вот перевязанное плечо, которое, казалось, еще саднило кровью, не стали сдергивать. А там и раны не было, да и повязка была вымазана бараньей кровью. Захоти какой не нож, так лезвие от ножа, спрятать, так и не нашли бы.

— На русском языке⁈ — вновь удивился Суворов, вчитываясь в текст.

В письме Мухаммад-нуцал IV излагал свою просьбу и условия просить русского подданства [в РИ просил о подданстве в 1755 году]. Главными были три пункта.

Первое, что просил аварский хан, так это невмешательства в религиозные дела. Никакого насаждения христианства в его землях не должно быть. Второе требование было не покушаться на право быть ханом представителей древнейшей династии нуцалов, конечно неприкосновенное отношение к самому Мухаммаду. Третье — это сохранение его данников в ведении ханства.

Казалось, не так и много, но и соглашаться на эти условия было нельзя. Нужны переговоры и более детальное обсуждение разных нюансов. Говорил Петр Федорович, что любой высокопоставленный командующий должен быть еще и дипломатом, но Суворов все еще жил в парадигме того, что он не тот самый «высокопоставленный». Воспринимал себя майором, может, подполковником, но не тем, кто будет принимать решения о вхождении в состав России столь немалых территорий, которые контролировал аварский хан. Это были и чеченцы и большая часть дагестанских кланов, кубинское ханство, как и шерванское ханство, дербентское, земли ахалцихского паши.

— Ахмед! — Суворов стал полностью соответствовать своей фамилии, даже забыл о юморе, который всегда его сопровождал. — Нам с ханом Мухаммад-нуцалом IV нужно встретиться!

— Да, господин! Мой мудрейший хан предполагал это. Он будет Вас ждать завтра в ингушском селении Заур, что в полудне пути отсюда. Больше никто не потревожит Вас, господин, пока не состоятся переговоры, — сказал Ахмед.

Суворов еще несколько минут раздумывал отпускать ли вечернего визитера, но посчитал, что это нужно сделать. Если есть шанс сохранить жизни солдатам и ускорить передвижение, то необходимо попробовать договориться. А уже войдет в состав России ханство, или нет, это после решится.