— Откуда в доме вода? Здесь же нет водопровода.

— Мы топим снег и лед, — ответил Рэй, наливая себе чай.

Я поперхнулась и отставила кружку. Черт, надеюсь, эту воду хотя бы прокипятили!

Рэй сел напротив. На меня он не смотрел, словно не желал сталкиваться взглядами. Почему-то меня это задело.

— Милорд Хакал проснулся? — буркнула я.

— Нет. Пожалуй, мы и правда переборщили с настойками, — задумчиво ответил ренегат. Между нами повисла почти осязаемая тишина.

Еще один кусочек люстры откололся и упал на стол. Я прошипела ругательство. Рэй аккуратно поднял железяку и повертел в пальцах.

— Надо будет поискать клей. Может, удастся починить.

— По-моему, эту рухлядь надо просто отправить в мусорку, — фыркнула я.

— Меня учили сломанное чинить, а не выкидывать, — слегка изогнулись губы Рэя, и мое сердце замерло в ожидании улыбки. Но нет. Не случилось.

— Твои родители? — Мне хотелось узнать о нем больше. Кем были люди, воспитавшие этого парня?

— И они тоже, — рассеянно сказал Рэй. — Там, где я жил большую часть своей жизни, практиковали отказ от… комфорта. У нас было мало вещей. И каждый знал, что если порвет штаны или разобьет тарелку, то рискует ходить в одной рубашке, а есть из кружки.

— В одной рубашке? — изогнула я бровь. — Наверное, занятное зрелище.

— Стыд и позор, — серьезно произнес Рэй, но в глубине темных глаз зажглись и рассыпались искры веселья. — Моего друга так наказали за испорченную одежду, и я видел это в кошмарном сне лет так до пятнадцати. Что иду по городу, а на мне нет штанов. Поэтому научился штопать не хуже опытной швеи.

— Ого, да с такими умениями ты завидный жених, — пошутила я и осеклась.

Искры погасли, и воцарилась тьма. Тяжелая, как земля на могиле. Воспоминания о детстве его веселили. Мысли о будущем — нет.

— Почему ты всегда носишь перчатки, Рэй? — тихо спросила я.

Но он не ответил.

Шаркая ногами, в кухню вошел бледный до зелени человек, и я непроизвольно напряглась, увидев его. Тот самый Нейл-двоедушник, разделивший с братом яму скверны. Увидев меня, мужчина ссутулился и опустил голову.

— Простите… я думал, завтрак уже закончился и все ушли. Не хотел…мешать.

— Садись, Нейл. Ты никому не мешаешь. — Рэй указал на стул и, поднявшись, стал накладывать в тарелку омлет. Движения — скупые и точные, уверенные. И я могла дать руку на отсечение, что этот парень умеет не только штопать, но и готовить еду.

Мне такие никогда не нравились.

Я смотрела на него, не отрываясь.

Вторая тарелка с омлетом, овощами и поджаренным тостом оказалась передо мной. Третью — с одним лишь тостом — Рэй поставил себе. Я опустила взгляд на горку еды перед собой и моргнула.