— Вот видишь. Уже неплохо!
Спустя десять минут всхлипывающая госпожа Тато обнимала сына. На ее руке блестел белый браслет. Я, отмахнувшись от потока материнских благодарностей, написала на бумажке номер счета, куда следует перевести внушительную оплату, и ушла. Мальчик догнал меня уже у выхода.
— Постой!
Я обернулась. Питер — все еще в пижаме, рваной на рукаве, взлохмаченный и серьезный, — мялся с ноги на ногу.
— Я хотел сказать «спасибо»… И вот еще…
Он подался ко мне, всматриваясь в лицо.
— Я, кажется, понял. Ты… ты такой же, да? Такой же, как я? — страшным шепотом произнес он, косясь на редких посетителей клиники.
Я насмешливо подняла брови.
— Понятия не имею, о чем ты. Прощай Питер.
Глава 13 Представление начинается
Конечно, я проигнорировала пожелание Дамира явиться в синем. Села в его автомобиль, и несколько минут куратор рассматривал мои темно-каштановые, почти черные волосы, уложенные холодной волной и сколотые у виска, орехово-карие глаза и луком изогнутые губы. А еще — снежно-белое платье с корсетом и атласной юбкой, тяжелые хрустальные серьги и короткую серебристую шубку, накинутую на плечи. Последним штрихом моей новой Маски стала приметная родинка над верхней губой.
Ну и конечно — ни капли синего цвета.
— Порой мне кажется, что тебе нравится меня злить, Кассандра, — протянул он, улыбаясь.
— Порой мне кажется, что тебе нравится на меня злиться.
Коротко рассмеявшись, Дамир кивнул.
— Что ж, должен признать: белое платье тебе безумно идет. Ты кажешься такой…чистой.
— Потому я и люблю маски. Люди всегда видят лишь то, что я хочу им показать.
Дамир моргнул удивленно. Потом протянул руку и вытащил роскошную плоскую коробочку с золотым логотипом самого дорогого ювелирного магазина Старограда
— У меня для тебя подарок, Кэсс.
Я не пошевелилась, и Дамир сам откинул крышку. В бархатном гнезде лежала подвеска — темно-синее граненое сердце на тонкой цепочке. Я не смогла сдержать восхищения. Все-таки я всегда любила украшения.
— Я его не возьму, — отказаться было сложнее, чем я думала!
— Это мои извинения. — Дамир смущенно опустил взгляд. Его скулы слегка порозовели. — Позволь мне принести их. Я… виноват и вел себя неподобающе. Но ты очень дорога мне, Кэсс. Не хочу, чтобы ты считала меня врагом. Я твой друг и всегда буду заботиться о тебе. Позволь мне загладить свою вину?
— Лишь извинения?
— Будь это чем-то большим, я бы купил цветы, — улыбнулся он. — Самый роскошный букет в оранжерее экзотических цветов! Твои любимые лунные орхидеи. Но это лишь извинения, Кэсс. Прошу, прими их.
Я нахмурилась, стараясь не смотреть на сапфир. Ну почему, почему он такой красивый! Чертов камень просто притягивал мой взгляд и пленил душу! У меня даже руки задрожали от желания взять его! Проклятый Дамир знал мои слабости.