— Есть ещё зелёные с синими, — продолжила пояснение Глаша. — Ну и одних цветов. Но эти красивши всех.

Отрок же медленно кивнул, взял бусы и начал пристально рассматривать бусины. И взгляд сразу таким, глубоким стал. Ну точь-в-точь как священник на прихожан во время исповеди смотрит. Перебирает бусины, рассматривает. Ну, конечно, ведь бусики самые дешёвые. Ни позолоты, ни серебрения, просто мутное плохо закрашенное стекло в форме шара. Ну, почти шара. Где-то сплющено, где-то — вытянуто.

— Сойдёт. Всё равно им больше полутора месяцев не жить, — тихонько пробурчал отрок, откладывая бусы на одеяло. — А шнур?

— А вот, красный, шёлковый. Три аршина. Пять медяков за аршин. То есть за всё…

— Двадцать пять копеек, — сказал Тихон, переключаясь на шнур. — Если с бусами считать.

О как быстро считает-то! Сразу видно, хорошо в школе учится, не опозорит родителей. Умный, ещё и взгляд такой… А если вспомнить, о чём хозяева за завтраком говорили… Хм…

— Если матушка будет спрашивать про эти деньги, скажи, что я попросил тебя кое-что купить, но не говори, что. Подарок же для неё.

О! А это он хорошо придумал! Глаша думала повиниться Василисе Никитишне, что потеряла деньги, но теперь не придётся. Кстати, да. Ещё одна странность. Отроки, в отличие от девиц, рукоделием в школе не обучены. Но Тихон так уверенно попросил о бусах и шёлковом шнуре, что Глаша и не подумала сомневаться в том, сможет ли отрок сделать этот браслет. Ну, мало ли. В жизни всякое бывает. Может, из-за слабого здоровья он с женщинами проводил больше времени, чем с мужчинами? А больному ребёнку чего только не покажешь, чтобы в постели удержать.

— Ну да, ну да. А для батюшки? — спросила Глаша, вспомнив, что Тихон говорил о подарке в честь это, как это… "Вхождения в семью", вот! — Тоже браслет делать будете?

— Нет, для батюшки такой браслет не подойдёт, — задумчиво ответил Тихон. — Мужской надо. Кожаные тонкие шнурки, металлические бусины-цилиндры. Да и не к спеху ему. Матушке важнее. Тётя Глаша, вы же помните? Не давайте ей сейчас носить больше четверти пуда (прим. авт.: Пуд — единица измерения массы русской системы мер, равен 16.3805 кг). И вообще, пусть меньше волнуется. А то… Плохо это, короче.

О как… Матушке важнее. Значит, таки оберег плетёт. Значит, как минимум — видит, а максимум — может силой Рода править. Ну, использовать. Но тело — даже не боярское, да. Как и у самого хозяина. Тогда понятно, почему княжича в боярские дети записали. Не выдюжит, надорвётся. И погибнет, почем зря. А тут — пользу принесёт. Вон, злого духа уже того, изничтожил! Потому и лежит в постели. Перенапрягся, видимо.