Данилин недобро посмотрел на понурого заместителя.

— Да причем тут баба, Константиныч! И что я не так сделал-то? — поднял глаза на шефа Ахмедханов.

— Этого наглеца если не обломать, так он на шею сядет. И другие, глядя на него. Кто ж знал, что этот гаденыш Ленина наизусть знает? Ты вот, знаешь? И я не знаю! Это вон замполиту делать не хера! Да и то, вряд ли он Ленина читает, — кипятился зам.

Рассуждал Талгат вобщем-то логично. Но легче от этого не становилось. Кому нужна эта логика, если в стране развитого социализма во вверенном тебе подразделении Ленина глупцом назвали. В его, Данилина, присутствии. Да еще при полутора десяткахподчиненных. Тут уже не Ахмедханова спасать, тут свою задницу сберечь бы.

— Слушай, Константиныч — со вспыхнувшей надеждой вскинулся зам, — А может туфтит этот сучонок, может, не говорил Ленин таких слов?

— Не туфтит, я проверял. Всё там верно. И том, и страница. У замполита полное собрание сочинений. Ты сходи, если хочешь. То-то он удивится. Впрочем, скоро он и так удивится.

Данилин усмехнулся и нервно скривился.

— Ведь это он, это тебя, антиленинца, прошляпил. И аттестацию тебе на майора, и на должность, тоже он подписывал.

— Ты думаешь, Корнеев дальше попрет? — хмуро задал риторический вопрос Ахмедханов.

И тут же сам себе мрачно ответил.

— Да конечно попрет, чего ему теперь стесняться, при таких-то козырях. Вот же сука! — стукнул кулаком по столу донельзя расстроенный зам.

— Думать надо, крепко думать, — Данилин прикурил следующую сигарету. — После вечерней оперативки переговорю с Корнеевым, а пока пусть успокоится. Из твоих не потечет?

— В Пичкарёве я уверен. Алдарова, сам знаешь, ненавидит меня, считает, что я ее обидел. Остальные.., — Ахмедханов задумался.

— А хрен их знает, если сверху не надавят, может и не потекут.

— Ладно, иди. И вот что, Талгат, ты Корнеева больше не трогай. Совсем не трогай. И даже не смотри в его сторону. Ты меня понял?

Ахмедханов согласно кивнул.

Крах Ахмедханова.

В 18-00, вместе с остальными следователями я зашел в кабинет Данилина. Ахмедханова не было. Оперативка проходила как обычно. С той лишь разницей, что начальственного мата было совсем немного и в целом все было гораздо спокойнее, чем обычно. Данилин, сильно не придираясь к мелочам, наезжал на нерадивых подчиненных только там, когда наехать действительно следовало.

Закончив с волокитчиками и разгильдяями, шеф распустил всех по домам, велев мне задержаться. Последней вышла Зуева, то и дело оборачиваясь, и глядя то на меня, то на Данилина глазами недоеной коровы.