— Молодец, — я похлопал Влада по плечу. — А Виктор?

Влад открыл вторую папку.

— Виктор Кравченко, пятьдесят два года. Бетонные заводы, грузоперевозки, а также — контрабанда стройматериалов из-за границы. У него свой канал через порт, который прикрывает один таможенник. Взяточник, сидит на месте уже десять лет. Я передал информацию знакомому в ФСБ. Они заинтересовались.

— Рискованно. Если они начнут раньше времени…

— Не начнут. Я договорился: даём зелёный свет, только когда ты скажешь. Через три дня у них плановая проверка. Если подгадать, можно взять обоих — Бережного и Виктора — одновременно.

Я задумался. Три дня. Ангела должна будет вернуться домой на пару дней, усыпить бдительность отчима, показать, что смирилась.

Это рискованно, но другого выхода я не вижу.

— Хорошо, — сказал я. — Готовь документы для передачи. Я поговорю с Ангелом сегодня.

— Она согласится? — Влад поднял бровь.

— Она сильная, — ответил я, хотя внутри заныло. — И она мне верит.

— Надеюсь, ты не ошибаешься, Демид. Если что-то пойдёт не так… — он не договорил.

— Не пойдёт, — отрезал я. — Я рядом буду.

Влад собрал бумаги, убрал в портфель. На прощание кивнул и вышел. Я остался один, посмотрел на часы — скоро полдень. Ангела наверху, в моей спальне. Спит. Или делает вид, что спит. После прошлой ночи я чувствовал себя так, будто заново родился.

Я поднялся наверх. Дверь в спальню была приоткрыта. Я заглянул — она сидела на кровати, обняв колени, и смотрела в окно. В моей футболке, с растрёпанными волосами, босиком.

— Не спится? — спросил я, входя.

Она обернулась. В глазах — тревога.

— Я думала о том, что ты сказал. О возвращении.

— Я знаю. Это трудно, но…

— Не трудно, — перебила она. — Страшно. Я боюсь, что, когда вернусь, он не выпустит меня. Или сделает что-то с тобой.

— Со мной он ничего не сделает, — я сел рядом, взял её за руку. — У меня есть охрана, связи. А вот тебя он может запереть. Поэтому мы должны действовать быстро.

— Как быстро?

— Завтра утром ты едешь к нему. Говоришь, что одумалась, что согласна на брак, что больше не будешь убегать. Попросишь прощения.

— Попросить прощения? У него? — она сжала кулаки. — За что? За то, что хотела быть свободной?

— Знаю, это унизительно. Но только так он поверит, что ты сдалась. А через день-два Влад передаст документы в полицию, и Бережного с Виктором арестуют.

— А если они не успеют? Если он узнает?

— Не узнает, — я погладил её по щеке. — Ты будешь не одна. Я поставлю своих людей следить за домом. И сам буду рядом.

— Где?

— Напротив, сниму дом, или буду сидеть в машине. Буду смотреть за тобой в бинокль. Как в кино, — я усмехнулся, чтобы разрядить обстановку.