Я ощутила внезапный укол обиды. Почему мне неприятно, что он так легко от меня отказывается? Это ведь и есть наша договоренность. Раздельные спальни входят в условия контракта между нами.
Ну и ладно. Буду читать о Вирнгольдах.
— А если Белир спросит про мою семью? — засомневалась я.
— А с твоей семьей связано что-то увлекательное?
Все взгляды — живые и мертвые — обратились в мою сторону. Я почувствовала, как кольцо холодит кожу.
— Нет, но тебе не помешает знать хотя бы, как зовут моих родителей.
— Что ж, напиши их имена на листе бумаги и передай с экономкой.
Арсений встретился со мной взглядом, в котором читалось полное безразличие. Я была для него никем. Галочкой в бумагах, и только.
Портреты недовольно зашептались, бабушка Агата фыркнула, а Филипп тактично сделал вид, что рассматривает пол.
Я посмотрела на кольцо в очередной раз и тряхнула ладонью.
Что ж, брак обещает быть интересным.
Глава 6. Ночь
после свадьбы
Арсений
Девчонка понравилась моей мертвой родне.
По правде, это раздражало.
Род Вирнгольдов вообще редко принимал кого-то в семью с распростертыми объятиями. При жизни эти интриганы занимались некромантией, политикой, семейными проклятиями и воспитанием потомков без любви и сострадания. После смерти характеры у них не улучшились.
Но сегодня они были довольны происходящим.
Портреты светлели, призраки в галерее переговаривались возбужденно, а покойная бабушка Агата уже успела трижды произнести слово наследник, хотя после первого раза я предупредил ее, что перенесу портрет в кладовую.
Мы отужинали и разошлись по комнатам. Мирослава со мной не разговаривала, да я и сам не особо стремился завести задушевный разговор. Хотелось сразу определить наши места. Мы изображаем мужа и жену, но не обязаны сближаться. Мне не нужна трепетная супруга под боком, тем более такого низкого колдовского класса.
Я утер нос Управлению, и на том спасибо.
Осталось разобраться с ее проблемой.
Я не особо спешил заниматься поиском того, кто подставил Мирославу. Нет, обманывать ее я тоже не собирался, преступник обязательно будет пойман. Но время у нас есть. К чему торопиться?
После обряда она обложилась книжками, дабы изучить мое ветвистое семейное древо. Наивное. Ей года не хватит, чтобы разобраться в хитросплетениях Вирнгольдов. А я ушел к себе в рабочий кабинет, где дожидался Могильник.
Его передали мне под расписку. До окончания экспертизы и расследования он числился объектом посмертного исследования.
Мирослава не варила это зелье. Но кто и зачем подложил ей его? Кому нужно подставить мелкую бытовую зельеварку?