Вдруг ей тоскливо? Или страшно?
Мои родственники могут самых отважных довести до нервного срыва. А она ведь такая хрупкая
Я потянулся к звонку.
Через минуту в дверях вновь появился Филипп.
— Милорд?
— В оранжерее остались розы? Соберите букет для госпожи Мирославы, — приказал я. — Небольшой. Без черных лент и без двусмысленных пожеланий, если можно.
— От вашего имени?
Я помедлил.
— Да. Поздравь ее с заключением брака. Ах да, цветов должно быть нечетное количество. А то знаю я тебя.
Филипп вышел, а я снова глянул на флакон Могильника и обреченно застонал, думая о том, почему меня вообще так волнует собственная жена.
Глава 7. Новый статус
Филипп выдал мне семейные книги Вирнгольдов, и после ужина я, обложенная знаниями, отправилась к себе. Ну, еще пирожных захватила. Как-никак, первый раз замуж выхожу. Неплохо бы отпраздновать.
Как оказалось, сюрпризы не закончились. Потому что в спальне, на подушке лежала ночная сорочка из тончайшего кружева.
Рядом обнаружилась записка.
«Для первой брачной ночи. С любовью, бабушка Агата».
Я подняла сорочку двумя пальцами. Она была такой прозрачной, что от одного взгляда на нее мои щеки покрывались стыдливым румянцем. Да уж, старушка-затейница. Решила организовать зачатие наследников.
— Филипп! — позвала я.
Дверь вскоре открылась. Вездесущий скелет-дворецкий возник на пороге.
— Миледи?
— Уберите это.
Он с жалостью посмотрел на сорочку, если в глазах-провалах вообще может быть жалость. Но вздох издал очень уж тоскливый.
— Бабушка Агата отдала свою любимую сорочку.
Она еще и ношеная?! Точно не надо, спасибо.
— Передай, что я очень благодарна за ее заботу. Но мне нужна обычная ночная рубашка. Для сна, а не совокупления.
— Услышал вас.
Филипп забрал сорочку так бережно, будто нес раненую птицу.
Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и некоторое время обдумывала, не сойти ли с ума. Ну, так, для полноты картины. А что, сегодня меня обвинили в варке запрещенного зелья, выдали замуж за некроманта, познакомили со скелетом-дворецким и кучей мертвых родственников. Небольшой психоз был бы логичным завершением дня.
И всё же я решила доесть пирожные и немного почитать о Вирнгольдах. В итоге зачиталась настолько, что уснула. Так и не дождавшись ночнушки, завалилась прямо в парадном платье в постель
И проснулась оттого, что на лицо легло что-то тяжелое. Мне показалось, что меня душат подушкой. Непередаваемые эмоции, если честно.
— А-а-а!
Это что-то спрыгнуло вбок и прижало лапу к моему рту, как бы намекая: ну чего визжишь, я просто прилег рядышком.
Я приоткрыла один глаз.