Оказывается, торговка, едва сводящая концы с концами, втайне гнала запрещенку. Как любопытно. А если точнее, то гнала скорее всего не она, а ее любовник, приличный человек с якобы больной дочерью. Валерия же была его прикрытием.

Женщина стояла наверху, вцепившись в край люка, и вся побелела. Губы ее тряслись.

— Это не мое — пролепетала она. — Откуда здесь

Я выбрался из подвала, отряхнул руки и направился к выходу.

— Так на чьи плечи я пытаюсь переложить ответственность? — губы мои изогнулись в ухмылке. — Госпожа Тарес, я вызываю стражу. Лавка подлежит опечатыванию. Советую сотрудничать со следствием.

— Магистр Белир узнает об этом!

Да что она заладила с этим Белиром, как будто старый хрыч мог ей как-то помочь?

Я дождался стражников и покинул негостеприимное местечко.

Холодная ярость улеглась, сменившись ледяным спокойствием. Одна готова. Остался второй.

Антон Лют жил в крошечной квартирке в конце этого же переулка. Когда я постучал, он открыл почти сразу. Неприметный, среднего роста человечек, с мягкими чертами лица и тихим голосом. Такого сложно уличить в чем-то противозаконном. Его даже не вспомнишь, если встретишь на улице.

Только вот вонял он очень уж примечательно. Точно такой же след я обнаружил в Могильнике.

— Простите, вы кто? — разыграл он удивление.

Хотя абсолютно точно знал меня. Ну, я не гордый. Покажу корочку Управления, пусть изучает. Завтра всё может измениться, но сегодня закон на моей стороне.

— Лорд Арсений Вирнгольд, глава Некромантского крыла Управления, — зачитал Антон. — Что-то случилось? Я не связан с посмертными делами

— Я хочу задать вам несколько вопросов, но не здесь, а непосредственно в моем крыле.

— Простите, но у вас есть ордер на допрос?

Я показал общую бумагу о возможности опроса свидетелей. Он пробежал глазами по строчкам.

— Вам требуются какие-то уточнения по делу госпожи Альер? Я сообщил всё ранее вашим коллегам.

— Пока вы выступаете свидетелем, но статус может в любой момент измениться. — Я чуть склонил голову. — Рекомендую вам проследовать со мной добровольно.

Он колебался. Потом накинул плащ и вышел. Всю дорогу до Управления мужчина пытался казаться благодушно настроенным, задавал мне вопросы, что-то рассказывал.

Он ужасно нервничал и весь пропах потом, пропитался им насквозь.

— Итак, — начал я, едва мы вошли в мой кабинет. — Давайте поговорим о вашей дочери.

— Дочери? — он изобразил растерянность, не спеша открывать тот факт, что она фальшивка. — А что?

— Ничего. Её не существует.

— Так я и не утверждал обратного

— Разве не вы придумали дочь, чтобы вызывать у Мирославы Альер сочувствие?