— Это ложь! У меня нет дочери! Я часто ходил в лавку к Альер, но закупался снадобьями от кашля. Видите ли, он мучает меня с раннего детства. Должно быть, Мирослава не так поняла.

— Возможно, так и есть. Поэтому продолжим. Расскажите о Валерии Тарес.

Он напрягся, но выпалил быстро и без раздумий:

— Мы знакомы. Она владелица лавки. Иногда я хожу туда за зельями. А что такого?

— По свидетельским показаниям, вы часто бываете в её лавке, чаще, чем требуется для обычных закупок. Иногда остаетесь после закрытия. А еще именно ваша подпись стоит на её прошении, поданном в день ареста госпожи Альер. Странное совпадение, не находите?

Лют помолчал. Я видел, как под столом его пальцы сжались в кулак.

— Это вам сообщила Мирослава Альер? — он хмыкнул. — Не знал, что она та еще выдумщица. Неужели эта преступница решила подставить невиновного, чтобы выгородить себя?

— Не забывайтесь. Вы говорите о моей жене.

— Простите, господин Вирнгольд, но такова правда.

— В подвале лавки Валерии Тарес, — продолжил я, — обнаружены ингредиенты для варки запрещенных зелий. Включая Могильник. А также перегонный куб и готовые составы. Валерия арестована. Её признание — вопрос времени. И когда она заговорит, ваше положение станет куда хуже, чем сейчас.

— Вы блефуете, — голос его стал тверже. — Я знаком с Валерией Тарес, но не имею ни малейшего представления о том, что хранится в ее лавке. Что до прошения, так я подписал его по её просьбе. Человек она надежный, бизнес держит в чистоте. Почему бы ей не занять лавку, когда Мирославу Альер лишат дара?

— И не вы подкинули щепотку лунной сажи в шкаф Мирославы?

— Разумеется, не я. Господин, вы начинаете давить на свидетеля ради жены. Думаю, наш разговор может быть закончен. Если вы продолжите настаивать, я буду вынужден обратиться в Надзорный отдел, к господину Белиру.

Он попытался встать.

— Уверены, что вам больше нечего сказать? — Я сделал легкое движение пальцами, и пламя ламп дрогнуло.

В кабинете стало морозно. Я не собирался применять к Люту физическую силу — это было бы нарушением, за которое Белир сразу бы лишил меня всех полномочий. Но магия — другое дело. Некромантия позволяет не только поднимать мертвых, но и показывать живому, что ждет его по ту сторону. Тени в углах сгустились. Воздух стал вязким. Где-то за спиной Антона раздался тихий, едва слышный шепот — голоса тех, кто уже покинул наш мир.

Антон Лют, побледнев, начал озираться по сторонам. Потом с ужасом глянул на меня. Наконец-то он увидел пред собой некроманта, о котором ходили слухи по городу.

Я наклонился к нему, и тени за моей спиной сгустились.