Вся троица расхохоталась.
Я же, все еще не мог понять, что вообще происходит. Вот, только что я — физрук средней школы номер четырнадцать, умирал себе у задних колес автобуса, а тут возьми да и очнись… ребенком… Да и где я вообще?.. И… Я ли это?
В теле совсем не чувствовалось старческой тяжести: колени не ломило, не болела спина, движения, даже сквозь боль, были легки словно… словно в детском теле…
Не отвечая на их ужимки, я осмотрелся. Я сидел на большой зеленой поляне под деревом — старой раскидистой абрикосной. У края поляны, за спинами ребят, пробегала неширокая грунтовка. Дальше раскинулось озеро. Справа, вдали, за пригорком я заметил монументальное строение какого-то предприятия. Его высокие трубы царапали синее, покрытое редкими облаками небо.
А передо мною, за озером, раскрылся белостенный низкоэтажный город.
— Гля, да он свалился и, видать, свихнулся, — с интересом посмотрел на меня парень, что изображал обезьяну пару мгновений назад. — Э, Батон, ты чего?
— Вставай, рохля. У тебя две попытки, — напомнил и еще нахальнее посмотрел на меня белобрысый.
— Чего? — Хмуро спросил я и даже удивился своему высокому мальчишечьему голосу. Это что, какой-то предсмертный сон?
— Две попытки снять свой портфель! Иначе будешь нам должен три рубля! Хоть что-то же ты должен же вернуть!
— Фигу с маслом, — с трудом поднялся я на ноги.
— Чего? У Батона прорезался голосок? — Притворно задумался белобрысый. — А че ты не мямлишь как всегда?
Я решительно не понимал, что происходит, но кое-что стало до меня доходить… Пионерские галстуки, коричневый портфель, школьная форма… Что-то тут не так… Неужели? Да не, бред какой-то.
Тем не менее что бы ни случилось, характер не давал мне отступить в такой явно несправедливой ситуации.
— Кто закинул портфель, ты? — Глянул я на рыжего обезьяну.
Он удивленно переглянулся с остальными.
— Чего глаза вылупил? Лезай обратно и снимай. — Сказал я.
Парни удивились и снова переглянулись. Белобрысый выступил вперед, начал угрожающе:
— Батон, да ты никак головой бухнулся. Мы тут доброе дело делаем. По деревьям тебя лазать учим. А ты этого ну совершенно не ценишь.
— Хочешь, чтобы я залез? — Я заглянул белобрысому прямо в глаза. — Ну тогда давай, заставь меня.
Глава 2
Удивившись моему напору, он даже отступил на шаг. Остальные двое тоже, кажется, опешили.
— Так твой портфель, ты и лезай.
— Без сопливых разберусь, — нахмурил я брови. — А ну, давайте отсюда, мелюзга.
— Чего? — Белобрысый изумился еще сильнее. — Ты кого мелюзгой назвал⁈
— Уши давно чистил? — Дерзко кивнул я.