— Стать заслуженным тренером, ради высокого звания? Ради хорошей зарплаты, машины и квартиры в Москве? Или чтобы отечественную тяжелую атлетику вперед двигать? Что бы новые пределы человеческих сил раздвигать?
— Ну… — Замялся мужчина. — И ради того и ради другого. Потому как одного без другого и не сделать. Короче. Хватит распотякивать. Хочешь добиться высот в этом спорте — ко мне иди. Вместе расти будем: ты как спортсмен, я как тренер. А если ты будешь с этим Перегудиным, считай за просто так свое время потратишь. У него ж в копилке ни одного серьезного спортсмена. Ни одного чемпиона хотя бы регионального уровня. Да хотя бы уровня республики! Никчемный он. Никчемный и непрофессиональный.
— Как вы хорошо его знаете, Вадим Сергеевич, — я поправил отцовскую спортивную сумку на плече, потом сложил руки на груди. — Мало того что вы «лучший» тренер города, так еще и эксперт по Константину Викторовичу.
Рыков нахмурил брови. По своему обыкновению неприятно поджал губы. От этого его лицо сделалось каким-то мерзким.
— Я тебя, Вова, пытаюсь наставить на правильный путь. Зря ты кривляешься, как дите. Я два раза предлагать не буду. Переводись ко мне в группу. Так тебе лучше будет. Поверь.
— Я не кривляюсь, Вадим Сергеевич, — покачал я головой. — Просто я так считаю. И не пойду к вам тренироваться. Если ваше мнение обо мне изменилось, то мое о вас осталось прежним.
Константин Викторович недовольно раздул ноздри. Глянул на меня исподлобья.
— Ладно. Бывайте. Пора мне домой, — сказал я, а потом как ни в чем небывало отправился невыход.
По пути я чувствовал, как неприятный взгляд Рыкова щиплет мне спину. Правда, мне было все равно.
Когда я покинул здание школы и пошел через дворик к воротам, за которыми меня, у своего мотоцикла, ждал дядя Костя, то увидел ребят-тяжелоатлетов, сидящих на лавке, под тополем.
Было их пятеро. Среди них я увидел и Марата Кайметова. Он что-то звонко сказал остальным ребятам, и все засмеялись. Когда один из них, низенький полноватый мальчишка заметил меня и ткнул Марата в плечо, все они уставились в мою сторону.
Наши с Маратом взгляды встретились. Никто не отвел глаз. Марат встал с лавки, остальные ребята тоже поднялись. Весь взвод мальчишек направился ко мне.
— Знаешь, Медведь, — крикнул мне Кайметов. — А у нас тут выскочек не любят!
Глава 14
— Это ты про себя, что ли? — Не повел я и бровью, остановившись перед ребятами.
Марат, услышав мои слова, сморщил от злости лоб, неприятно искривил губы. С решительным видом он направился ко мне в компании своих дружков. Мальчишки остановились передо мной полукругом.