Восемьдесят процентов? Многовато будет. С таким соотношением тренируются сильные от природы спортсмены. Ну или, по крайней мере, опытные. Для большинства, а тем более детей, многим из которых по двенадцать-тринадцать лет это не подойдет. В кратковременный срок, конечно, результат будет, но есть высокий риск заполучить перетренированность. Не говоря уже о травмах.

— Кто максимальный вес не знает, — покосился на меня тренер, — да, Медведь, я о тебе говорю. Ставь двадцать пять килограммов. С этим поработай.

— Много, — покачал я головой. — Или вы меня решили на первой же тренировке укокошить?

— Я тебе говорю, ставь, значит, ставь, — рявкнул он, и тут же отвлекся на кого-то из других ребят.

— Ему палец в рот не клади, — подошел ко мне вспотевший Сережа. — Как у тебя вообще духу хватает ему наперекор говорить?

— У него неправильный подход, — покачал я головой.

— Как это, неправильный? — Удивился Сережа.

— Тяжелая атлетика — это работа вдолгую. При таких нагрузках дети вдолгую работать не смогут. Много у вас народу не возвращаются на занятия?

— Бывает, — покивал Сережа. — Отсев есть. Вадим Сергеевич говорит, что бросают тренировки только слабаки.

— И много отсеялось за последний месяц?

— Порядком, — пожал плечами Сергей. — Но новые приходят иногда. Вот как ты сегодня. К Вадиму Сергеевичу много ребят хотят. Он же на хорошем счету. Результативность у него есть. Он же комсомолец бывший. Уже несколько лет, как в партии состоит. У нас половина мальчишек на него равняется.

— В партии разные люди состоят, — задумчиво сказал я.

— Никитин! — Заметил тренер Сережу. — Ты с Медведем потом побеседовать успеешь. А ну, к штанге!

Группа была немаленькая. Человек тридцать ребят разбились на несколько небольших групп. Заняли каждая свой помост и гриф. Стали по очереди подходить к штанге, выполняя толчковый подъем штанги на грудь.

Нужно было снять гриф с помоста, правильно, согласно технике, подвести к поясу, а потом, резким движением вздернуть штангу и поднырнуть под нее, взяв снаряд на выдвинутые вперед плечи.

Первые несколько подходов делали вхолостую, с пустым грифом. Потом брали разметочный вес, ну и, наконец, рабочий. Мне же и вовсе пришлось взять десятку. Я знал, что даже пустого двадцатикилограммового мне будет многовато.

А еще я заметил вот что: Денис Сергеевич не уделял почти никакого внимания большинству ребят. Он выбрал для себя одну группу, в которой были Марат, Сережа, веснушчатый Артемий и еще несколько самых крепких из всей группы ребят.

Остальные, прямо скажем, занимались абы как. Я тут и там видел в их технике такие ошибки, с которыми дальше работать не просто нельзя, а даже опасно. Правда, Денис Сергеевич, кажется, не обращал на них никакого внимания, крутясь только вокруг самых крепких парней. Как он вообще умудрился показать такие статистические результаты? Нарисовал, что ли?