Рейкер снова кричит. И валит ещё одно дерево. Потом ещё одно. Его тело напряжено до предела, мышцы перекатываются под тканью.

Похоже, он вымещает на них злость. Хорошо, думаю я. Хорошо, что он выбрал мишенью деревья, а не мою шею.

Значит, невинному существу не грозит стать его ужином. Мне стоит уйти. Найти ещё ягод. И забыть, как чертовски хорошо выглядит тело Харлана Рейкера. Вместо этого я делаю шаг ближе и заворожённо наблюдаю за ним сквозь ветви и листья.

Теперь я понимаю, почему у него столько имён. Почему одной его репутации хватает, чтобы взрослые мужчины дрожали, едва не обделавшись от страха.

Ему нет равных. В его движениях — чистая сила, соединённая с безупречной точностью. Он поворачивается к дереву и начинает наносить по стволу резкие удары, высекая на коре зарубки одну за другой. Линии ложатся так близко друг к другу, что почти соприкасаются, — с точностью, которую я считала невозможной.

Широкие плечи напряжены. Раздражённый звук, срывающийся с его губ, заставляет подумать, что он ошибся. Или что он действительно слишком зол.

Точно зол, думаю я, когда он разворачивается — и швыряет меч прямо в дерево. Ствол вздрагивает от удара, прежде чем клинок снова возвращается ему в ладонь — точно так же, как во время Жатвы.

С потревоженного дерева осыпается вихрь листьев.

И тут время будто замедляется. Он движется с плавностью, совершенно не сочетающейся с его огромным телом, и со скоростью, которой не должно существовать…

И рассекает каждый падающий лист пополам.

Я не дышу. Не моргаю, пока смотрю, как он резко останавливается. У его ног лежат листья, разрезанные на идеально ровные половины. Он даже не запыхался.

Страх медленно вползает в кровь, когда я понимаю: Харлана Рейкера нужно бояться.По-настоящему бояться. Дажебессмертные должны его бояться. На Стормсайде его называют величайшим воином из всех, кто когда-либо жил. И теперь я вижу каждую крупицу этой подготовки. Каждую крупицу мастерства.

Я наконец делаю вдох, продолжая смотреть на него с таким благоговейным ужасом, что подкашиваются колени.

И тут же этот вдох выбивает из меня, когда меня швыряет спиной в дерево. Позвоночник врезается в кору. Я пытаюсь вдохнуть, но воздуха нет. Мир кружится.

Меч Рейкера пришпилил меня к дереву — прямо через ткань рубашки. Я медленно опускаю взгляд и вижу сияющее лезвие меньше чем в дюйме от талии. Одно неверное движение — и меня бы выпотрошило прямо здесь.

Когда я поднимаю взгляд, он уже стоит рядом и смотрит на меня сверху вниз. Его взгляд буквальнопрожигает меня насквозь.

Я была тихой. И стояла далеко. То, что он вообще смог меня почувствовать…