— Отлично, — Макс поднялся в рубку, проверил «Вепрь» и опустился в кресло пилота. — Крак, отчёт по зажимам?
— Термозаряды зафиксированы, — отозвалась инженер из трюма. — Реактор на максимуме. Можем спалить эту небулу к чертям.
— Ева, отстыковка.
Магнитные захваты расцепились с гулким металлическим лязгом.
«Старый Грешник» дал маневровый импульс, отделился от светящихся биомостов Океанического Анклава и беззвучно канул в непроглядную, синюю тьму Мёртвой Небулы — прямо в пасть идущему Рою.
Глава 8. Слепое пятно
«Старый Грешник» ушёл в глубину Мёртвой Небулы.
Сзади растаяли светящиеся мосты Океанического Анклава, и космос за панорамным стеклом превратился в непроглядный густой бульон. Метан и замёрзшая сера клубились вокруг корабля сине-зелёным туманом. Оптические камеры и стандартные локаторы Евы окончательно ослепли.
Броневые плиты корпуса глухо стонали под давлением газового облака.
Нира сидела в кресле навигатора. Её ладони были погружены в биосинтетические разъёмы вейлорнского сенсорного модуля. На её лбу блестели крупные капли испарины — прямой нейроконтакт с коллективным разумом Роя давался с огромным трудом.
— Курс два-семь-ноль, — прошептала Нира. Её голос звучал сухо и натянуто. — Чуть ниже, Макс. Я чувствую их… Тяжёлый, голодный гул. Он прямо по курсу.
Макс крепче сжал штурвал. Внизу, в инженерном трюме, через динамик доносилась ругань Крак, сбрасывавшей избыточное давление из реактора «Тесла-4».
— Ева, перенаправь энергию на носовые щиты, — приказал Макс, не отрывая взгляда от навигационной сетки. — Крак, что с термозарядами?
— Оба «Шквала» взведены, капитан! — протрещала инженер. — Цепи зажигания заблокированы в ручном режиме. Главное — не заходи на вираж слишком резко, а то сорвёт с внешних подвесов.
— Постараюсь, — проворчал Макс.
Метановая гуща за стеклом расступилась.
Корабль вырвался в чистую каверну внутри облака — вакуумный пузырь, который местные вейлорны называли «Слепым Пятном».
Прямо перед ними висела Нода-Матка.
Трёхкилометровый астероид был полностью поглощён и перестроен Роем. Его скалистая поверхность обросла слоем чёрного биохитина и фиолетовых жил, ритмично пульсировавших грязно-гнойным светом.
С краёв астероида свисали гигантские полупрозрачные споровые мешки размером с трёхэтажные дома. А в самом центре скалы зиял огромный, рваный органический каньон, пульсировавший, как открытая рана.
Нира судорожно вздохнула, отдёргивая руки от консоли:
— Она увидела нас…
От биохитинового панциря Ноды-Матки сплошным ковром начали отделяться сотни чёрных точек.
Рой биодронов — вакуумных органических хищников с костяными цепами и железами биокислоты — тёмным облаком устремился наперерез «Старому Грешнику».