— Стрелять умеешь, Малёк? — сухо спросил Макс.
— Н-нет… то есть умею, но плохо! — судорожно зазаикался Тим, боясь поднять глаза на Лилит. — Зато я частоты знаю! Радары, глушилки, импульсные шифры Гегемонии… Я могу перехватывать патрульные каналы за пять секунд! Пожалуйста, не бейте!
Макс выпустил его воротник. Парень чуть не упал, выпрямился и тут же смущённо уткнулся взглядом в пол.
— Шагай на борт, Малёк, — проворчал Макс. — Будешь крутить ручки связи и следить за радарами. Но предупреждаю: попробуешь сбежать или испортишь пульт — отдам Лилит. Она из тебя нарезку сделает.
Лилит тихо, бархатно хмыкнула, и Тим от этого звука подпрыгнул на месте, мгновенно устремившись по аппарели на корабль.
Переезд с корвета на новый фрегат занял два часа.
Крак лично перенесла квантовый сервер Евы и смонтировала его в рубке «Серафима-4».
Когда сервер запустился, над центральным столом соткалась голограмма Евы. Она стала чётче, детализированнее, а в её голосе появились новые глубины:
— Ого! Какая просторная система, капитан! — восхитилась ИИ, разворачивая трёхмерную карту сектора. — Теперь мои сканеры могут вести сопровождение пятидесяти целей одновременно без малейшей задержки!
Затем настала очередь Дредноута.
Игнациус сам вышел из трюма старого корвета. Пятиметровый стальной гигант, оглашая Верфи тяжёлым, гулким ГРОМ-ГРОМ, поднялся по широкой гидроаппарели нового фрегата.
Он шагнул в центр двухэтажного ангара и встал в подготовленную стапель-раму.
ЧЛАК-ГРОХОТ!
Массивные гидротиски зажали плечи и корпус Дредноута. Его магнитные подошвы намертво прилипли к силовым плитам. В огромном трюме фрегата Игнациус встал идеально, оставив ещё кучу места под грузовые контейнеры и технику.
Красные окуляры Дредноута вспыхнули:
— Отличный… ангар, капитан Макс. На этом корабле… есть где развернуться.
Тим уже сидел в рубке связи, судорожно вбивая настройки в новую панель.
Крак проходила мимо и от души хлопнула его тяжёлой хитиновой клешнёй по спине:
— Держи зажим ровнее, Малёк! А то штекер сгорит!
— А-а-а! — пискнул Тим, чуть не подскочив до потолка, и судорожно вжал голову в плечи.
Над его консолью тут же вспыхнула голограмма Евы. На экран вывелся огромный график пульса Тима:
— Внимание всей кают-компании! Пульс оператора связи — сто шестьдесят пять ударов в минуту. Тим, тебе дать холодной воды или ведро льда? Лилит просто стоит в дверном проёме.
Тим мгновенно накрыл лицо руками, став красным, как спелый томат.
Лилит, стоявшая у переборки за спиной Макса, посмотрела на краснеющего парня со скучающим превосходством, а затем снова перевела алый взгляд на Макса, поправляя воротник его плаща.