Последнее — запрыгиваю в меховые сапоги, беру боевой посох и выхожу.

Посыльного уже не было — донес информацию и сразу ушел. Не то, что бы меня это возмущало, путь к воротам знаю и сам.

Я шагал по камням мостовой, не обращая внимания на встречный ветер, который старался забраться под воротник рубахи. Мимо каменных домов, по окна вросших в землю, по узким улочкам, пахнущим отходами и сыростью — все это для человека, прожившего в трущобах, стало привычным фоном.

Улицы были пустынны — пару раз за утро дождик расходился, и теперь люди предпочитали сидеть дома, либо работали где-нибудь под крышами. Праздно слоняться по улицам у людей не было желания. Даже энергичная малышня сидела по домам.

Когда я подошел к воротам, увидел группу из тридцати-тридцати пяти человек — практики школы Небесного Гнева. Их выделяла их из общей массы добротная качественная одежда и одинаковые меховые плащи с эмблемами серебряных молний на тёмно-синем фоне. Эти ребята выглядели так, будто только что принимали участие в какой-то парадной церемонии.

А еще среди них хватало подростков — на два-три года младше меня. Они стояли кучкой, оживленно переговариваясь между собой. Кто-то смеялся, кто-то лениво зевал, но все держались показательно уверенно.

Оглядевшись, я заметил Киру. Лучница стояла чуть поодаль от основной группы, скрестив руки на груди. Волосы она аккуратно собрала в косу, на практиков смотрела равнодушно. Гуса рядом с девушкой не было — видимо, решился настоять на своем нежелании участвовать в походах. Или же слег куда-нибудь в канаву с выпущенными кишками, если от целителя не уходят «по желанию». Нужно будет еще прояснить этот момент.

Вместо мечника шагах в пяти от Киры стояли двое знакомых мне практиков. Один из них был мелким и насколько я помню, быстрым — его острые черты лица и суетливые движения напоминали мне воробья. Второй — настоящий великан: широкоплечий, с массивными руками и тяжелым взглядом. Друзья-грабители не кивнули мне и не протянули руки для приветствия. Я тоже не стал проявлять инициативу.

Подойдя к воротам, коротко кивнул Кире. Она ответила легким движением головы.

— А что, Гус все-таки решил не приходить?

— Да. Настоял на своем.

— Не знаешь, чем он собирается заниматься?

— Он пока и сам не знает, — пожала плечами лучница. — Он не в том состоянии сейчас, чтобы строить планы на будущее. Днями сидит в своей комнате, выходит только поесть и за крепким вином.

— Мне вот интересно, ты не с Гусом живешь? — спросил я, стараясь придать голосу непринужденность. — Ну, раз знаешь его распорядок дня.