* * *

Город показался часа через полтора. Я узнал его сразу и отметил, что в этот раз мы оказались куда ближе к приграничному княжескому городу, чем в прошлый раз. Видимо, поэтому всё побережье и было под защитой хищных рифов. У ворот стояли стражники в полном облачении. Куда более внушительная экипировка, пусть и не такая изящная, как у пограничников.

Город Аэлорина вообще гудит… Такое ощущение, будто собирает войска. Надеюсь, я ошибаюсь…

У ворот нас встретил офицер гарнизона. Один из пограничников подбежал к нему и доложил обстановку, после чего офицер, коротко кивнув, отправил гонца вглубь города. Я заметил, что офицер задержал на мне немного иной взгляд, словно с каплей уважения, и, к моему удивлению, он даже поклонился, прижав кулак к груди на эльфийский манер. Значит, помнят странного человека, гостя князя Аэлорина.

Сам владыка местных земель появился через двадцать минут, причём без свиты советников и толпы приближённых. Только Илларион за левым плечом и двое телохранителей на почтительном расстоянии, а это, можно сказать, один.

Князь из клана Серебряной Ветви выглядел безупречно, словно сошёл с голливудского плаката. Ни морщинки на лице, ни складки на одежде, ослепительная улыбка… Но одет проще, чем в прошлый раз. Ни церемониальной брони, ни местного аналога короны.

— Алекс Лисоглядов, — произнёс Аэлорин. — Не ожидал вашего прибытия, иначе направил бы почётный караул встретить вас!

— Князь Аэлорин, — поклонился я. — Рад видеть вас в добром здравии. Что же до караулов, то это лишнее. Мы маленькие и скромные люди и эльф, простые путники, прибывшие в ваши прекрасные леса по своим делам.

— И всё же, прошло всего мгновение, а друг леса уже снова на нашем пороге. Что это как не признание в любви к нашим лесам и природе?

— По человеческим меркам полгода — это значительный отрезок времени, — с улыбкой ответил я. — Но ваши леса действительно заслуживают отдельного места в сердце того, кто является частью этого мира и почитателем природы.

Мы ещё немного пообменивались любезностями на глазах у удивлённо перешёптывающейся толпы и двинулись через город к его резиденции. Эльфы на улицах реагировали очень по-разному. Все как один кланялись князю, но, кроме этого, отдельных поклонов заслужил и Имирэн. Особенно от старых и высокородных, по эльфийским мерам, воинов и аристократов. А на меня…

Дети тыкали в меня пальцем, матери опасливо заставляли их убрать руку и не тыкать в гостя князя. Я же с удовольствием отмечал одну простую истину, заставляющую испытывать гордость за весь проделанный нашим отрядом путь: Машу никто так и не почувствовал. Она, осознавая важность и сложность охоты за тенями, сама стала призраком, способным противостоять опаснейшему врагу.