«…День пятнадцатый. Отряд вышел к границам Мёртвых Земель. Дальнейшее преследование нецелесообразно, тёмные ушли за перевал. Зачистка территории продолжается. Уничтожено несколько банд мародёров, промышлявших на пути отступления эльфов. Установлен контакт с кланом Копьехвостых ящеров. Вождь клана послал тебя крайне далеко, но почти сразу сам улетел тоже довольно далеко. Впечатлён силой Урсулы и готов обсуждать союз…»

Я читал эти донесения, и на моём лице медленно расползалась довольная улыбка. План работал, Урсула мстила, заодно наводила порядок, становясь легендой степи. Слухи о её жестокости и её справедливости разносились по степи, как пожар. Орчанка-воительница, которая ведёт за собой армию непобедимых орков, метких стрелков и невидимых убийц. Орда Железного Вождя, ну ну…

К концу третьего месяца степь была практически зачищена. Разрозненные отряды тёмных, которым не посчастливилось отстать от основных сил, были вырезаны. Банды мародёров разбежались, кочевые племена, избежавшие геноцида тёмных, до этого державшие нейтралитет, одно за другим присылали гонцов, заявляя о своей лояльности Каменному Кругу. Они везли дань: скот, шкуры, невольниц. Я принимал всё, кроме последнего. Рабства на моих землях не будет и точка. Освобождённые рабы вливались в ряды моих легионеров или оставались работать на мануфактурах, получая плату и еду. Моя империя росла, наполняясь новыми подданными, новыми солдатами, новой силой.

Когда отряд Урсулы вернулся, их встречали как героев. Они были измотаны, покрыты шрамами, доспехи были в прорехах и забрызганы кровью, но глаза их горели триумфом.

Урсула, спешившись, подошла ко мне. Она была худее, на её лице появились новые морщины, но в её взгляде больше не было той безумной, всепоглощающей ярости, только спокойная, уверенная сила.

— Приказ выполнен, Железный Вождь, — отчеканила она. — Степь наша!

— Я знаю, — кивнул я. — Добро пожаловать домой!

И в этот момент сотни и тысячи воинов радостно ударили в щиты, или прикладом в брусчатку, приветствуя командира. Урсула удивлённо посмотрела на ровные ряды войск, что приветствовали её. Она ничего не ответила, только молча достала свой топор и подняла его на вытянутой руке. При этом продолжала смотреть на меня.

И я понял, что та дикая, необузданная воительница, которую встретил когда-то в осаждённой крепости, умерла там, в степи. Передо мной стоял командир, лидер, государственный деятель. И это, пожалуй, было моим главным достижением в этой проклятой войне.

* * *

Пока Урсула наводила порядок в степи, я занимался тем, что умел лучше всего, строил. Каменный Круг, или, как его всё чаще стали называть, Железная Твердыня, рос не по дням, а по часам. Это было грандиозное, безумное строительство, в котором я был и главным архитектором, и прорабом, и инженером по технике безопасности, которого, впрочем, все дружно посылали куда подальше.