— Гномы, — прошептал Скритч сам себе. Сомнений быть не могло, только гномы могли создать такую шумную, вонючую, но работающую штуковину.

Баржа тем временем приблизилась к тому месту, где ратлинги вышли к реке. И тут гном у руля, видимо, заметил остатки древнего, полуразрушенного пирса, который угадывался у подножия их обрыва. Он что-то крикнул своим товарищам, и те, оставив топку, бросились к борту, готовя канаты. Они были измождены, движения были медленными, неуверенными. Один из них, поскользнувшись на мокрой палубе, едва не улетел за борт.

Скритч колебался, гномы и ратлинги никогда не были друзьями. Скорее, конкурентами, вечно спорящими за рудные жилы и подземные территории. «Бородачи» и «крысы», презрительно называли они друг друга. Но здесь, в этой глуши… здесь не было ни гномов, ни ратлингов. Были только живые существа, затерянные в бесконечной тьме.

— Крысюки⁈ — вдруг раздался с баржи хриплый, изумлённый голос. Один из гномов, тот, что был у руля, заметил их. Он указывал на обрыв, и его бородатое лицо выражало крайнюю степень удивления. Его товарищи тоже уставились наверх. На их закопчённых лицах изумление боролось с недоверием.

Скритч понял, что прятаться больше нет смысла, он поднялся во весь рост.

— Бородачи, — крикнул он в ответ, и его голос, усиленный эхом, пронёсся над чёрной водой. — Какими демонами вас занесло в эти норы?

Гномы, увидев, что Скритч не один, что из-за камней появляются всё новые и новые фигуры с горящими глазами, не испугались. Наоборот, на их лицах отразилась бурная, почти истерическая радость.

— Слава Махалу! Живые! — заорал тот, что был у руля. — Эй, кры… то есть, уважаемые! Помогите причалить, будьте так любезны! Нас тут трое суток по этой чёртовой реке мотает!

Скритч усмехнулся. «Уважаемые», похоже, дела у бородачей и впрямь были не очень, раз они вспомнили о вежливости.

— Кидайте канат, — крикнул он.

Толстый, просмоленный канат взмыл в воздух. Десяток сильных рук подхватили его, и ратлинги, упираясь ногами в камни, начали медленно подтягивать неуклюжую паровую баржу к останкам древнего пирса. Встреча двух подземных народов, двух вечных соперников, состоялась в самом неожиданном месте и при самых странных обстоятельствах. И Скритч чувствовал, что эта встреча, как и сегодняшние находки, изменит очень многое.

* * *

Я смотрел на троицу, стоявшую передо мной в моём штабном шатре, и изо всех сил старался сохранить серьёзное выражение лица. Получалось, откровенно говоря, хреново. Губы так и норовили разъехаться в идиотской ухмылке. Ситуация была настолько абсурдной, что в неё было трудно поверить.