— Что вы замерли? — поторопил их Алесто, добавив поспешно: — Ваше высочество. У него воздуха минут на пятнадцать осталось. Сделайте что-нибудь!

И все дружно посмотрели в центр зала, где за желто-оранжевой стеной стоял, шатаясь, пожилой мужчина, одной рукой держась за сердце. Щит накрыл его, как стакан насекомое, отсекая все, в том числе и воздух.

— Так понимаю, он нашел заказчика, — никак не отреагировал на приказ Арвэл. — И что произошло? — поинтересовался спокойно, изучая щит.

— Мастер с-с-сразу п-п-понял — что-то не так, — донеслось заикающееся из угла, и оттуда показался бледный с пятнами сажи на лице мужчина. На совершенно седых волосах лежал слой пепла. — Но д-д-даже обрадовался. С-с-сказал, так лучше. С-с-стихия же! П-п-предложил п-п-поработать. Любые деньги обещал. Блага. Но тот хохотать н-н-начал.

Мужчина, который явно был помощником мастера, захлебнулся воздухом. Его затрясло. Он попытался ухватить одну руку второй, но промахнулся. Вцепился стучащими зубами в рукав и замычал.

Алесто махнул целителю, который присутствовал здесь же.

— Стабилизируйте.

— Лучше снотворного, — не согласился тот. — Он почти теряет рассудок.

— Пусть расскажет до конца, а то нам не поверят, — отдал распоряжение Алесто, мрачно наблюдая за тем, как артефактор под щитом бессильно опускается на колени.

После манипуляций целителя помощник перестал трястись, глянул осмысленно.

— Дальше, — поторопил его Алесто.

— Мастер попытался его остановить. Создал уникальное по крепости плетение. Оно должно было его пленить. Но… — тут мужчина горестно всхлипнул, — огонь сумел его обратить против мастера. Перенаправить. И вот, — помощник с отчаянием махнул рукой в сторону главного артефактора, — я пытался взломать. И мастер. Но…

Арвэл вопросительно вздернул бровь, глянул удивленно на Алесто.

— Наши попытки тоже провалились, — мрачно подтвердил тот. — Ловушка жрет силу, как проклятая. Ваше высочество, — взмолился, сделав над собой усилие, Алесто, — прошу помогите.

— Даже не знаю, — с явной издевкой протянул тот, перебросил прядь волос за спину, глянул с насмешкой: — Нам надо подумать. Дня три, да, Ларс?

— Не меньше, — оскалившись, подтвердил тот. — Дело-то серьезное. Чего торопиться? Мы сейчас этого паука из банки выпустим, а вы ему обратно почет и славу. Лабораторию отдельную. А что такого? Подумаешь, ребенка на преступление отправил. Так ради науки же, да? У вас все ради науки разрешено, я смотрю…

Помощник артефактора со стоном опустился на пол.

— Я не знал, — пробормотал он, сотрясаясь телом, — клянусь, не знал, кого он нанял. Мастер никогда не говорил, что это мальчик.