— Потому и позволяю, что восемь, — усмехнулся Шлейх. — Да и возмутись она — сразу бы запретил, а так… Благодаря этим сборищам, у нее значительный прогресс и почти завершенная интеграция.

Но Шлейх, естественно, держал все под контролем, отправив самого умного из стражей следить за парнями. И проникать скрытно в комнату не потребовалось. Кролик — кто бы ни решил использовать зверя для ментальной связи, был гением — теперь был прочно связан со стражем. Глупый зверек считал ташира другом, не скрывая ничего. Но пользу он, конечно, приносил немалую и затраченную на него капусту с зерном окупал полностью.

— Вам виднее, — недовольно согласился с решением начальства мастер Хе, попрощался и покинул кабинет.

Шлейх откинулся на спинку кресла, обдумывая услышанное. Надо заняться девчонкой вплотную, но не пережать, иначе выгорит. И с заказчиком связаться… Пусть уже определяется с необходимыми навыками. И Шлейх подтянул к себе лист бумаги.

— А здесь у нас столовая, мастер То. Детишки едят отдельно. Для мастеров стол у окна. Расписание висит на двери, — и госпожа управительница махнула в сторону выхода.

Дьер поморщился на непривычное обращение. Дурацкая традиция — использовать чужие имена. Причем в одинаковой ситуации находились и мастера, и ученики. Собственные имена здесь дозволялось иметь лишь персоналу: поварам, уборщикам или вот… госпоже управительнице. Еще одним исключением был директор, хотя Дьер сомневался, что имя настоящее. Он вообще сейчас во всем сомневался, как и в собственных подозрениях.

В памяти всплыл утренний разговор с новым начальством.

— Понимаете, господин Топпер, наши дети, они особенные. Многие из них имели проблемы с законом, у большинства конфликт с семьей. Они не доверяют миру, мир не доверяет им. Отторгает их за дерзость, наказывает за инаковость, вышвыривает за ненужностью. Здесь мы даем им возможность начать жить с чистого листа, не как Варьиру или Турре, а как Огоньку, Туману или Конфете. Новое имя позволяет вновь поверить в себя, принять новую семью взамен той, что предала. Отстранение от фамилии для них то же самое, что отстранение от прошлого, от той грязи, в которой они жили. Для большинства из них семья — если не зло, то большие проблемы. Некоторые успели попробовать себя в бандах. Там, как вы знаете, все строится на признании авторитета старшего, на уважении законов криминала. Мы не копируем банды, нет, но позволяем провести ассоциацию. Поиграть в братство без криминала. А чтобы игра не казалась лишь выдумкой взрослых или способом поиздеваться, учителя тоже берут себе новое имя. Мы называем их мастерами. Еще одно отличие от обычных школ.