— Вам что? — рявкнул мастер Хе на старшеклассников. — Отдельное приглашение требуется? Живо за ведрами.

Дерево затушили быстро — там и тушить было нечего, догорело само, и вместе с запахом дыма в столовую проник шепот: «Стихийница, да, это она. Сам видел, как она на дерево пялилась. Слышал, они все немножко того. Вот и эта, видать, с ума сходит. Ты к ней лучше не лезь и в глаза не смотри, а то полыхнешь как дерево».

Следующим сгорел сарай. И опять Оля была рядом — гуляла. Но на сарай даже не смотрела. Спиной стояла. Обернулась на вопли — а там уже вовсю полыхало. Весело так. С шипением, треском и бульканием. Потянуло родной стихией, и Оля стиснула кулаки, останавливая себя.

Разговоров стало больше, как и взглядов. Шепотки теперь преследовали повсюду. А еще от нее начали шарахаться. Стоило на ком-то остановить взгляд, как беднягу начинало трясти от страха.

Одноклассники вообще с ума посходили. Один так и вовсе на колени бухнулся, моля, чтоб не губила. Аккурат после того, как учебник на первой парте полыхнул. Потушили быстро. Оля сама и потушила, вылив воду из лейки, приготовленную для полива цветов. И окна распахнула проветрить. А эти… все стояли, выпучив глаза и шевеля губами. Пара пацанов усилено махала руками, чертя в воздухе охранные знаки.

— Я раньше больше всего ведьм боялся, не знал, что ведьмы по сравнению со стихийниками добрейшие люди.

— Ага, ведьмы что? Проклянут и все, а эти людей заживо каждый месяц сжигают, чтобы огонь задобрить и силу получить.

Оля закатила глаза… Нет, какие идиоты! Никаких жертвоприношений в книге, которую она нашла в школьной библиотеке про стихийников, упомянуто не было. Да и зачем огню чьи-то жизни? Стихия не некромант, чтобы эманации смерти впитывать.

Но все вокруг словно с ума посходили с этими пожарами и жертвоприношениями. Дошли до того, что бутылки с водой с собой таскать стали.

Туман на ее жалобы говорил неизменно одно: «Забей! Да и какая тебе разница? Пусть боятся. Больше уважать станут».

Ветер советовал бдительности не терять и вообще, самой пару пожаров устроить, чтоб уж наверняка до усра… до потери сознания всех напугать.

Мастер Хе вызвал ее к себе после второго пожара. Долго смотрел, молчал, потом отпустил, сказав лишь одно: «Непонятно».

И что-то такое непонятное действительно витало в воздухе… Словно перед грозой. Непонятно кто. Зачем. Почему. Еще и огонь начал сниться. Приходить во сны вместе с братом. Тянуть сердце тоской, и Оля пару раз просыпалась в слезах.

— И что там? — раздраженно уточнил у мастера Хе Шлейх. — Она? Может, стихия так тайно себя проявляет? Из-под земли лезет?