Жиган терпеливо ждал моего решения, крутя папиросу в пальцах. Я таки сел на стул, подвинул ему пепельницу.

— Кури. Такой вопрос. Сможете тайком сфотографировать, как этот аптекарь встречается с посольскими? Кажется, у Кодака появилась секретная миниатюрная фотокамера…

— Не слышал про такое. Но всё равно надо близко подходить, — вздохнул «хитрованец». — А это риск.

— Только никаких эксцессов! — я вскочил со стула, начал ходить по кабинету. Так думается лучше — Никаких поджогов и прочих твоих штучек-дрючек

— Нешто я не понимаю! — обиделся Жиган. — Тут большая политика.

— Я поговорю с Сергеем Александровичем, — решение пришло быстро. — Но не сразу, а как только его назначат председателем Государственного совета. Вроде бы скоро ожидается объявление.

— Великий князь переезжает в Питер⁇

— Пошел вверх наш «патрон», — я усмехнулся. — Не завидую я теперь столичным евреям.

— Вышлет, как в Москве?

Я пожал плечами.

— Ты вот что. Вызови из Москвы еще людей. Слишком уж у тебя приметная физиономия. Посольские разведчики — не пальцем деланные. Срисуют тебя и прирежут тайком этого аптекаря. Ищи потом концы…

— Сделаю, — Жиган тяжело вздохнул. — Не по мне эти игры. Может, в охранку передать?

— А если попадем на людей прикормленных лимонниками? Есть у тебя гарантия, что красного петуха не пустят уже к нам в клинику? И все шито-крыто.

— Ох, как все сложно…

— А то брат. Это столица. Тут тонкий подходец нужен.

* * *

Сразу после Жигана порцию новостей вывалил на меня вернувшийся из «отпуска» Кузьма. Памятные знаки от сражения с неравными силами подлых захватчиков на его физиономии начали выцветать. Еще пару дней — и следов не останется. Пользовался бы дамскими ухищрениями, даже сейчас легко можно замаскировать. Хотя все эти временные изменения его внешности волновали больше меня, чем самого пострадавшего. Получил по мордам — тоже, нашли заботу. Со всяким случиться может.

Деятельность мой слуга развил бурную. А как же — столько отсутствовал. Тут и в квартире за порядком проследить, и с дворником общение возобновить, и с персоналом приятельские отношения укрепить. А это всё требует и времени, и усилий определенных. С учетом трезвого образа жизни легкой стезя не была. Раньше как — выпили по стаканчику, вот и дружба до доски гробовой. Когда крепче чая ничего — уже труднее. Потому что бутылку в кармане спрятать легко, а самовар за собой не потаскаешь.

Но мелкий шпионаж в виде сбора местных новостей дал свои результаты. И сейчас Кузьма делился информацией. Не иначе, все остальные слушатели вне зоны доступа. И мои уши захлестнул неструктурированный девятый вал сведений: у кого прислуга проворовалась, кто на дачу не уехал, а в городе остался, у кого любовник появился. Я занимался своими делами, и воспринимал бесконечный поток сознания в качестве фонового шума. Кузьма Невструев как предвестник службы новостей.